ПАТРИАРШАЯ ПРОПОВЕДЬ В НЕДЕЛЮ 31-Ю ПО ПЯТИДЕСЯТНИЦЕ ПОСЛЕ ЛИТУРГИИ В ХРАМЕ ВСЕХ ПРЕПОДОБНЫХ ОТЦЕВ КИЕВО-ПЕЧЕРСКИХ В СТАРЫХ ЧЕРЕМУШКАХ Г. МОСКВЫ — Восточное викариатство города Москвы — официальный сайт
+7(985)161-56-28
Ул. Красноярская д. 22 стр.2

Русская Православная Церковь (Московский Патриархат)
Восточное викариатство г. Москвы

«От Восток солнца
до Запад хвально Имя Господне» (Пс. 112:3)

ПАТРИАРШАЯ ПРОПОВЕДЬ В НЕДЕЛЮ 31-Ю ПО ПЯТИДЕСЯТНИЦЕ ПОСЛЕ ЛИТУРГИИ В ХРАМЕ ВСЕХ ПРЕПОДОБНЫХ ОТЦЕВ КИЕВО-ПЕЧЕРСКИХ В СТАРЫХ ЧЕРЕМУШКАХ Г. МОСКВЫ

Опубликовано: 30 декабря 2018

Категории: Патриарх

Церковь не является политической организацией, она отделена от государства, но она объединяет единомышленников, она объединяет народ Божий, в задачу которого входит хранение веры.

30 декабря 2018 года, в Неделю 30-ю по Пятидесятнице, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Божественную литургию в храме Всех преподобных отцев Киево-Печерских в Старых Черемушках города Москвы. По окончании богослужения Предстоятель Русской Православной Церкви обратился к верующим с проповедью.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Сегодняшнее воскресенье на языке церковного устава именуется Неделей праотцев. Что это за праотцы? О ком идет речь? Праотцы — это все те святые люди, которые, начиная с самой глубокой древности, предшествовали Господу и Спасителю, Мессии, а многие из них о Нем проповедовали. Они жили в языческом окружении, но даже в недрах избранного народа эти святые мужи за свою проповедь нередко расплачивались собственной жизнью. Потому что они возвещали те самые идеи, которые затем были ярко представлены в Новом Завете, но с трудом воспринимались ветхозаветным сознанием.

Вот поэтому мы и вспоминаем святых праотцев — тех, кто задолго до Рождества Христа Спасителя предвозвещал Его пришествие в мир. Не только потому, что они верили в обетование, которое было дано Адаму в раю, — что Семя Жены сотрет главу змия, то есть придет Некто, Кто разрушит власть диавола в роде человеческом (см. Быт. 3:15). Но еще и потому, что они жизнью своей предвосхищали появление нового образа жизни, в основе которого — великие заповеди, принесенные роду человеческому Господом и Спасителем.

Святые праотцы принадлежали к разным сословиям. Среди них были цари, пророки, люди, умудренные опытом, имевшие очень большой авторитет в избранном народе. Мы знаем, что избранный народ первоначально возглавляли харизматические духовные вожди, которым на смену пришли цари. Древние израильтяне решили, что именно царь как светский владыка, сосредоточив в своих руках и законодательную, и исполнительную, и судебную, и военную власть, сможет обеспечить победу своего народа над врагами. Долгое время у израильтян такого лидера не было, — они верили, что ими управляет Бог, как управлял Он их предками, выведя из Египта и сохранив в море окружавшего идолопоклонства. Но слабость веры привела к тому, что в какой-то момент древние израильтяне отказались от того, чтобы Бог ими управлял. Правление, известное в истории как теократия, то есть управление Богом через духоносных мужей, именуемых судьями, сменилось установлением царской власти. И когда к последнему судье, пророку Самуилу, израильтяне обратились с просьбой поставить царя, Господь сказал Самуилу: «не тебя они отвергли, но отвергли Меня» (1 Цар. 8:7).

Эта история может научить многому и нас, современных людей. Конечно, речь идет не о государственном строе или светском характере государства, — все эти вопросы давно решены и, с тем или иным успехом, реализуются в истории человечества. Но главный принцип, который был включен в жизнь рода человеческого Самим Богом, не должен уходить ни из жизни тех, кто облечен властью, ни из нашей с вами жизни. Никто не должен сказать про нынешнее поколение православных людей, что они от Бога отказались. Тысячелетия отделяют нас с вами от пророка Самуила, но его слова должны запечатлеться в наших умах и сердцах. И каждый из нас должен задавать себе этот ключевой вопрос: «Не предаю ли я своего Господа и Спасителя, своего подлинного Царя и Правителя? Не отказываюсь ли я от Него? Не отдаю ли душу иной силе, чаще всего темной, которая заступает на место светлой силы?»

Наша верность Господу не предполагает сегодня никаких политических обязательств. Церковь не является политической организацией, она отделена от государства, но она объединяет единомышленников, она объединяет народ Божий, в задачу которого входит хранение веры так, как хранил ее Древний Израиль, как хранили ее судьи, как хранили ее пророки, как хранили ее святые праотцы. Через библейские тексты, через богослужебные песнопения то, что было в глубочайшей древности, оживает в нашем религиозном сознании, потому что святые праотцы и для нас, людей современных, остаются авторитетами, духовными вождями, примерами в жизни.

Пусть Господь каждому из нас помогает сопротивляться греховным обстоятельствам жизни так, как сопротивлялись древние, с той лишь разницей, что древние жили до пришествия в мир Христа Спасителя, а мы — после. Древние опирались на мудрость и на свою человеческую силу, а мы можем опираться и на мудрость, и на силу, а если силы нет, то и на слабость свою, потому что подлинной силой, которая помогает христианину спасаться, является сила благодати Божией, дарованная нам и по молитвам праотцев, и по искупительной жертве Самого Господа и Спасителя нашего, через сошествие Духа Святого на апостолов, ставших последователями праотцев и проповедавших Единого Бога, в Троице покланяемого, Емуже слава и держава во веки веков. Аминь.

Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси

Слово Святейшего Патриарха Кирилла в праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы

4 декабря 2021 года, в праздник Введения во храм Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии и 104-ю годовщину со дня интронизации святителя Тихона, Патриарха Всероссийского, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Божественную литургию в кафедральном соборном Храме Христа Спасителя в Москве. По окончании богослужения Предстоятель Русской Православной Церкви обратился к верующим с Первосвятительским словом.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Сегодня мы вспоминаем событие, овеянное определенной тайной и малопонятное с обыденной точки зрения — торжественное восшествие в иерусалимский храм отроковицы Девы Марии. Само Ее вхождение по крутым ступеням Иерусалимского храма, которые были, наверное, почти в Ее рост, уже представляется чем-то чудесным. Но Ее, в присутствии первосвященника, ввели во святая святых — туда, куда только раз в год входил первосвященник, где некогда покоились скрижали завета, данные Моисею на горе Синайской, и сосуды с манной, которой питались иудеи во время своего странствия по Синайской пустыне. В это место сосредоточения святыни первосвященником была введена обычная девочка — все это необъяснимо с точки зрения тогдашних обычаев, тогдашних правил, тогдашнего закона, но это событие прочно вошло в христианское предание с самой глубокой древности, с послеапостольских времен. То есть сомневаться в реальности этого события невозможно, потому что оно никогда не подвергалось никаким сомнениям в Церкви. Так и было: Дева Мария, Отроковица, взошла по ступеням иерусалимского храма и в сопровождении первосвященника вошла во святая святых.

Для Девы Марии это было начало пути — как мы знаем, скорбного пути, исполненного многих страданий и болезней. И Дева Мария, Пречистая и Преблагословенная Мать Господа и Спасителя нашего, с этого уготованного Ей пути не сошла. Она не убоялась даже того, чтобы пойти на Голгофу, где распинали Ее Сына, где страшные воины стояли вокруг распятия, в любой момент готовые пронзить копьем не только ребра Ее Сына, но и Ее Саму. Она стояла там, вокруг многотысячной улюлюкающей толпы, которая приветствовала своими криками распятие Ее ни в чем не повинного Сына. Дева Мария не отошла от того пути, на который Она вступила, входя в иерусалимский храм.

Сегодня мы вспоминаем и другое очень важное событие, связанное с новейшей историей нашей Церкви. Сегодня годовщина интронизации Святейшего Патриарха Тихона, ныне причисленного к лику святых. Это событие произошло меньше, чем через два месяца после революции, и стало, конечно, вызовом новой власти, тем более что оно сопровождалось стечением огромного количества православных людей, какого никогда не видела Красная площадь и прилегающие площади Москвы. Тысячи и тысячи людей, с хоругвями, с крестами, с молитвой, приветствовали интронизацию Святейшего Патриарха Тихона. Это была общая молитва за избранного Патриарха. Это была радость по случаю восстановления Патриаршества в Церкви нашей. Но одновременно это был ответ верующего народа на уже тогда возникшее стремление власти к ущемлению прав православных людей, к гонению на Церковь. Именно так власть и восприняла все это — как некую демонстрацию силы. Но это не было демонстрацией физической силы — это была демонстрация духовной силы нашего народа, и в каком-то смысле она стала последней на многие-многие десятилетия, в течение которых Церковь наша переносила гонения, мучения и казни своих верных сынов и дочерей. Страдания, сравнимые только с гонениями, мучениями и казнями, которые Церковь претерпела в древние времена от языческих императоров.

Святейший Тихон, взойдя на Патриарший престол, по-человечески радовался этому ликованию множества людей, их верности, тому, что не убоялись они новых, опасных для них политических обстоятельств и во множестве собрались вокруг своего Патриарха на Красной площади. Но это было, наверное, последнее торжественное общенародное признание важности Патриаршего служения на Руси. Мы знаем, что очень скоро против Церкви были воздвигнуты гонения, не просто сопоставимые с языческими, а во много превосходящие всякие гонения против Церкви Христовой, где бы они ни происходили в течение всей человеческой истории. Ибо ни в одной стране мира не было ничего подобного тому, что произошло на Святой Руси.

И вот сегодня мы вспоминаем святителя Тихона. Мы молимся ему как покровителю Церкви нашей. Мы стараемся — по крайней мере все архиереи Русской Церкви, которые задумываются о подвиге святителя Тихона, — хоть в малой мере брать с него пример мужества, твердости, непоколебимой веры, способности идти против течения, противопоставляя духам злобы поднебесной (Еф. 6:12) свою веру, свое благочестие и свою молитву. Святитель Тихон умер в больнице, а поскольку никто не был свидетелем его кончины, то, когда возник вопрос о его канонизации, он не был причислен к новомученикам, но причтен к исповедникам. Возможно, он был новомучеником, но сие нам не известно, — известно лишь, что уже самые первые его шаги были направлены на защиту Церкви от безбожной власти.

Мы знаем, что новая власть, понимая, что прямым фронтальным ударом по Церкви не достичь желаемой цели, не разрушить Православие, решила использовать другую тактику — создать параллельную «церковь». Вроде такую же православную, чтобы там были «иерархи», «священники», «диаконы», чтобы все эти люди служили в православных храмах, но чтобы у этих так называемых «православных» не было законной иерархии и они были просто ряжеными, назначенными быть «митрополитами», «архиепископами», «епископами» светской безбожной властью. И борьба Святейшего Патриарха Тихона была направлена не против гонителей напрямую, а в первую очередь против ряженых «митрополитов», «архиепископов» и «епископов», которые должны были сместить законную иерархию, а значит, лишить народ наш силы благодати Божией, которая передается в Церкви только в том случае, если Церковь хранит законное преемство от Церкви Апостольской, идущей от Самого Господа, если она возглавляется каноническими, то есть законными архипастырями, рукоположение которых идет от самих апостолов. Только в этой Церкви живет и действует Святой Дух. А власть решила создать квазицерковь, подобие Церкви, ввести в заблуждение народ, поставить не законную иерархию, а ряженых, чтобы люди поверили и пришли не к источнику жизни вечной, а к пустому колодцу. Вот такая была новая стратегия борьбы с Церковью — лишить ее благодати. Странно, что этим занимались безбожники, которые не верят ни в какую благодать, но они вознамерились создать «церковь», лишенную всякой благодати, светскую организацию, в которой были бы люди, только облаченные в священные одежды. И что же произошло? А наш народ благочестивый не принял эту «церковь». В нее шли те, кто боялся гонений, люди, которым было что терять в этом мире, но их оказалось ничтожное меньшинство, а все остальные сохраняли верность Святейшему Патриарху Тихону.

В мои руки попал совсем недавно огромной важности подлинный исторический документ. Он был напечатан на машинке самим Патриархом Тихоном и подписан его рукой — это воззвание к Русской Православной Церкви. Святейший пишет, что только недавно ему дали возможность выйти из заключения — это 1923 год, до того он целый год пробыл в заточении, в полной изоляции от Церкви. Святейший пишет: «По милости Божией я обрел возможность обратиться к вам», и предупреждает об опасности обновленческого раскола, созданного властью. Он перечисляет по именам всех обновленческих лидеров и просит народ Божий не принимать этот раскол. Это послание распространялось по всей Русской Православной Церкви. Трудно сказать, в каком множестве оно разошлось, но хорошо знаю, по свидетельству своего благочестивого деда, который был борцом с обновленчеством, что человека могли быть арестовать только за то, что у него находили это послание. И мой благочестивый дед, с риском для своей свободы, а может, и жизни, распространял его в той местности, где он тогда жил, — в Нижегородской губернии; и, конечно, не только он, но и множество других благочестивых людей. И народ услышал слово Святейшего Патриарха Тихона и отверг обновленческий раскол. Святейший, выйдя на короткое время из своего заточения, сумел сделать самое, наверно, важное, что тогда можно было сделать, — остановить развитие опасного раскола, который мог лишить благодати и Церковь нашу, и народ наш.

Сегодня мне особенно хотелось рассказать вам об удивительном жизненном подвиге Святейшего Патриарха Тихона. И хочу еще раз сказать: как Дева Мария, совершив восхождение в храм Господень, начала Свой жизненный путь, исполненный треволнений, болезней, трудов, скорбей, так и Святейший Патриарх Тихон в день сегодняшний начал свое восхождение к Голгофе и, подобно Пречистой Деве Марии, не усомнился в правде Божией, не испугался обстоятельств, но мужественно восходил по тяжелым ступеням своего жизненного пути. И когда мы сегодня наслаждаемся единством Церкви — и дай Бог, чтобы так было до скончания века, — когда мы безбоязненно можем приходить в свои храмы, когда никакие расколы в великорусской части нашей Церкви не терзают нас, мы при этом не должны забывать о расколах на Украине и молиться, в том числе святителю Тихону, о преодолении таковых. Благодаря Бога за новую историческую реальность, мы должны с благодарностью вспоминать также имена тех, кто в прямом или в переносном смысле отдал свою жизнь за единство нашей Церкви и за чистоту Православия. И среди этих угодников особое место занимает Святейший Тихон, Патриарх Всероссийский, — ему слава и поклонение от народа нашего и от Церкви нашей во веки веков. Аминь.

Информационный источник: http://www.patriarchia.ru/db/text/5869447.html

4 декабря 2021
ПОДРОБНЕЕ

ПАТРИАРШАЯ ПРОПОВЕДЬ В НЕДЕЛЮ 22-Ю ПО ПЯТИДЕСЯТНИЦЕ ПОСЛЕ ЛИТУРГИИ В ХРАМЕ ИКОНЫ БОЖИЕЙ МАТЕРИ «ВСЕ СКОРБЯЩИХ РАДОСТЬ» НА БОЛЬШОЙ ОРДЫНКЕ Г. МОСКВЫ

Человек подвержен влияниям, и сам меняется, и мир вокруг него меняется. Как же тогда можно утверждать, что человек и есть критерий, мерило истины?

28 октября 2018 года, в Неделю 22-ю по Пятидесятнице, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Божественную литургию в московском храме в честь иконы Божией Матери «Все скорбящих Радость» на Большой Ордынке. По окончании богослужения Предстоятель Русской Православной Церкви обратился к верующим с проповедью.

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

Сегодня в апостольском чтении — небольшом отрывке из Послания апостола Павла к Галатам — мы находим такие слова: «А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят, и я для мира» (Гал. 6:14).

Эти замечательные слова апостола Павла помогают нам многое понять. Что означает «мир распят крестом Христовым»? Все, кто в мире, должны взойти на крест или призваны проходить через какие-то особые страдания? Совсем не так. Это означает, что мерилом в оценке всего, что в мире происходит, является крест Христов. Эта великая и возвышенная идея, которая заключается в том, что крест есть мерило истины, мерило правды, запечатлена и в традиционном русском кресте с нижней перекладиной. Ее правая часть поднята вверх в память о благоразумном разбойнике, левая опущена вниз, — действительно, крест как некие весы, как мерило правды и неправды, святости и беззакония.

А что все это означает для нас, православных христиан? Мы живем в быстро меняющемся мире, и жизненные ситуации стремительно изменяются. Мы живем во времена, когда меняются представления людей о добре и зле. Казалось бы, что легче, чем отличать добро от зла, ведь все так ясно, — мы научены мамой, папой, бабушками, дедушками… Действительно, через передачу ценностей каждое последующее поколение людей воспитывалось в строгой и ясной системе. Но наступило время, когда все смешалось, когда в сознании людей, особенно мыслителей, определяющих философское содержание эпохи, перестали различаться добро и зло. Якобы есть только свободный выбор человека, и никакие условности не должны этот выбор определять. Человек сам себе глава и сам может определить, что хорошо и что плохо. И мы знаем, что эта философия входит в нашу повседневную жизнь, часто через современное изобразительное искусство, кинематограф, через многое другое, что развивает в человеке безусловное право определять, что есть добро, а что зло.

Но ведь каждый знает, что критерии определения добра и зла могут меняться, в том числе с возрастом. То, что казалось привлекательным в юношеские годы, после пройденного жизненного пути теряет свой ореол. Люди прозревают и осознают: то, что они считали прекрасным, на самом деле таковым не является. Действительно, человек подвержен влияниям, и сам меняется, и мир вокруг него меняется. Как же тогда можно утверждать, что человек и есть критерий, мерило истины? Если принять эту точку зрения, то никакой истины вообще не существует. Может быть, к этому и устремляется современная цивилизация, приписывая человеческой личности безусловные права и при этом пытаясь личность поработить? Ведь как может сопротивляться общему потоку человек, если он такой маленький и незначительный? Где свобода человека, которого уносит поток общественного мнения, вкусов, моды? И как же тяжело разобраться в том, что есть свет, а что тьма, что правда, а что ложь! Если крест Христов перестает быть мерилом истины, если мы, многое не зная и не чувствуя, не накладываем мерило крестное на то, что вокруг нас происходит, то вне зависимости от нашей религиозности, от того, ходим мы в храм или не ходим, мы становимся легкой добычей мощного потока, в котором легко потерять и свою свободу, и способность отличать добро от зла.

Крест Христов возвышает нас и, как говорит Златоуст, дает мудрость. Действительно, это подлинная мудрость жизни, это некая сила, которая дает человеку способность и возможность не погибнуть в этом мире. И не только духовно, мистически, ибо от Христа благодать исходит, но и рационально, если мы способны крест, христианский идеал поставлять как мерило по отношению ко всему, что бросает вызов нашей духовной исторической подлинности.

Сегодняшнее послание апостола Павла вооружает нас большой силой. Оно обращено к каждому. Апостол Павел предлагает нам измерять мир крестом Христовым, нашими христианскими убеждениями. И эти убеждения, связанные с верой и благочестием, не только открывают для нас врата Царствия Небесного, но и помогают нам не сбиться с жизненного пути, не впасть в опасные заблуждения и духовные преступления. Потому что крест оберегает нас и силой своей благодатной, и великой мудростью, применяя которую в повседневной жизни, мы можем избавить себя и от скорбей, и от бед, и от зол, и от заблуждений.

Прославляя крест Господень, мы прославляем победу Христа. Победу, которая была явлена через страдания. Победу, которая дала благоразумному разбойнику возможность обрести Царство Небесное еще там, на кресте. Победу, которая открывает людям всех народов и всех эпох возможность обретать и сохранять истину, возможность входить в общение со своим Богом и Спасителем, возможность обретать спасение и здесь, на своих жизненных путях, и в вечности. Аминь.

Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси

31 октября 2018
ПОДРОБНЕЕ

ИНТЕРВЬЮ СВЯТЕЙШЕГО ПАТРИАРХА КИРИЛЛА КОРРЕСПОНДЕНТАМ БОЛГАРСКИХ СМИ

Не надо мимикрировать под молодежь, — нужно просто нести молодым те идеи, которые будут для них привлекательны, научиться говорить понятным для них языком. Вот в этом задача священника и задача Церкви.

В преддверии визита в Болгарию Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл ответил на вопросы болгарских журналистов, представляющих газету «Труд», Болгарское национальное телевидение и Болгарское национальное радио.

— Ваше Святейшество, с каким посланием к болгарскому народу Вы едете в Болгарию?

— С тем же посланием, с которым патриархи обычно приезжают в Болгарию, и примерно с тем же, с каким болгарские патриархи приезжают в Россию. Русская и Болгарская Церкви имеют очень долгую историю братских отношений. Именно потому, что наши народы в большинстве своем православные, из-за того, что наши народы имеют много общего в культуре и даже языке, Болгария всегда воспринималась в России как братская страна. История убедительно подтверждает этот тезис. Я приеду в связи с празднованием 140-летия освобождения Болгарии, и мне хотелось бы сказать, что именно Русская Церковь, совершая молебны почти во всех храмах России за страждущий болгарский народ, сформировала общественное мнение, которое повлияло на принятие политических решений относительно участия России в военных действиях на Балканах. Трудно сказать, было ли готово тогдашнее российское правительство к тому, чтобы без поддержки снизу, без общенародной поддержки пойти на такие жертвы. Десятки тысяч погибли, десятки тысяч были искалечены, лишились здоровья, и эта жертва была объяснена самым главным и сильным аргументом — мы отдаем жизнь за наших единоверных братьев. Как бы ни складывалась политическая конъюнктура, — а она складывается по-разному, как по-разному складывались политические отношения России и Болгарии, — отношения между Русской и Болгарской Церквями всегда были и остаются братскими и самыми теплыми. Достаточно сказать, что когда возникла так называемая болгаро-греческая схизма и Болгарская Церковь не признавалась в семье Поместных Православных Церквей, то в 1945 году решающим стал голос Русской Православной Церкви в защиту Болгарской Церкви, который и привел в конце концов к признанию автокефалии Болгарской Церкви мировым Православием. А в 1953 году такой же решающий голос Русской Церкви содействовал признанию Болгарского Патриархата, который, как известно, в свое время прекратил свое существование из-за политики Турции. После 1953 года в течение 8 лет нужно было убеждать некоторые Православные Церкви, чтобы Болгарский Патриархат был признан всеми. И здесь я не могу не вспомнить имя своего учителя митрополита Никодима, человека хорошо известного в Болгарии, по крайней мере в то время, который очень много сделал для того, чтобы склонить Поместные Православные Церкви к безоговорочному признанию Болгарского Патриархата.

Вот такие эпизоды были в нашей истории, и я думаю, что братские отношения между нашими Церквями выдержали испытание временем. Хотел бы отметить также то важное обстоятельство, что многие болгары получали образование в духовных заведениях Русской Церкви, а русские православные люди учились в Болгарии. У нас существует русское подворье в Софии и болгарское подворье в Москве. Всё это те самые скрепы, которые сохраняют добрые отношения между нашими Церквями и, надеюсь, влияют положительно на отношения между нашими народами.

— Считаете ли Вы, что современный информационный идол — Интернет — отнимает у человека духовность?

— Идолов вообще создают люди, причем в каждую эпоху — своих. Совсем недавно таким идолом было телевидение — может быть, и остается для многих людей. Люди перестают читать книги и даже газеты, и весь свой досуг проводят перед экраном телевизора, так что Интернет не является в этом отношении чем-то уникальным. А до телевидения огромную роль играли газеты, разного рода политические тексты — да и чего только не было! Попасть в рабство Интернету или нет — а идол есть то, что господствует над человеческим сознанием, — зависит от человека. Точно так же, как сделаться рабом алкоголя или нет, зависит от человека.

В каждую эпоху, в каждое время, в каждом народе люди сталкиваются с различными вызовами, и задача Церкви заключается в том, чтобы научить человека быть свободным. Свободным от внешнего давления, а оно может быть политическим, культурным, информационным. Может быть, главная миссия христианства в современном мире и заключается в том, чтобы оградить человека от рабства, — на фоне громогласных заявлениях о свободе как главной человеческой ценности. Потому что политическая свобода не обеспечивает подлинной свободы духа. Можно быть политически свободным, но закабаленным модой, системой ложных ценностей и идеалов, которые усиленно насаждаются средствами массовой информации и массовой культурой. А человек, опирающийся на систему христианских ценностей, способен дать оценку всему, что происходит вокруг него, причем не следуя той или иной политической или информационной моде, а оставаясь свободным. Если Церковь справится с этой задачей, то мы поможем современному человеку остаться свободным, а значит, сохранить надежду на полноту жизни. Потому что материально богатый, но духовно несвободный человек не может быть счастливым.

— Мы слышали о проблемах с православными храмами на Украине и, предположительно, о гонениях на православных христиан. Есть ли в этих рассказах правда?

— Да, на Украине очень тяжелая ситуация, самые настоящие гонения обрушились на Украинскую Православную Церковь. Только за последнее время захвачено силой 50 храмов. Постоянно происходят нападения на храмы, избивают священников, мирян. Есть документальные кадры, как это происходит, — священник в облачении весь залит кровью, а его избивают и называют оккупантом, хотя он украинец, родившийся на Украине, говорящий по-украински. Избивают только потому, что он находится в канонической Украинской Православной Церкви, которую местные власти и националистические силы называют церковью-оккупантом. Чудовищная ситуация, но, к сожалению, не слышно, чтобы Украину серьезно критиковали за нарушение прав человека и религиозных свобод. И ведь здесь не просто нарушение прав — чудовищное нарушение, с употреблением насилия, причем все это зафиксировано на телевидении, в разного рода документах.

Украинская Православная Церковь сегодня является единственной на Украине миротворческой силой. Ведь украинское общество очень разделено, и то, что происходит на Донбассе, — это гражданская война, в силу того, что часть Украины не приняла того, что принято в другой части страны. Украинское общество оказалось очень поляризованным. Реальных миротворческих силы практически нет, и только Украинская Православная Церковь обладает миротворческим потенциалом. Почему? Потому что у нее паства и на востоке, и на западе, и в центре.

Недавно Украинская Церковь организовала грандиозный миротворческий крестный ход. Верующие с востока и верующие с запада, сотни тысяч людей, пошли в Киев, и это был крестный ход ради мира, ради примирения внутри украинского общества. И мы очень надеемся, что политические турбуленции пройдут и народ снова будет жить спокойно; будут уважаться человеческие права, в том числе религиозные свободы, а Украинская Православная Церковь будет и дальше продолжать свое служение. Есть такая надежда, и мы за это молимся.

— В Болгарии существует крайне отрицательное отношение к так называемой Стамбульской конвенции или, скорее, к той ее части, которая на практике объявляет бессмысленной биологическую сущность мужчины и женщины. Болгарская Православная Церковь выступает против этого документа. А у Русской Православной Церкви есть позиция по этому вопросу?

— Такая же, как и у Болгарской Православной Церкви. Документ, о котором Вы говорите, декларирует, что панацеей от бед, которые могут возникать внутри семьи, в том числе от насилия в отношении женщин, является вмешательство в семейную жизнь со стороны общественных организаций. Мы категорически против этого. Государство, конечно, не должно допускать насилие, но под видом борьбы с насилием нельзя вмешиваться в святая святых личной жизни человека — семейные отношения. Кроме того, этот же документ предполагает соответствующее отношение к такому явлению, как однополые союзы, а Православная Церковь категорически их не приемлет.

Поэтому по вероучительным, богословским соображениям православным очень тяжело соглашаться с такого рода документами. Я приветствую то, что Россия не подписала и не ратифицировала этот документ, и с очень большим пониманием и симпатией отношусь к позиции Болгарской Православной Церкви, которая выступает против ратификации этого документа Болгарией.

— История помнит периоды кризисов в отношениях между Православными Церквями России и Болгарии. Как развиваются эти отношения в последние годы?

— Я хотел бы сказать, что кризиса в отношениях между Церквями никогда не было. Кризисные отношения бывали между государствами. Был период, когда не было дипломатических отношений, был период, когда во время военных действий Россия и Болгария были по разные стороны баррикад. Но Церкви всегда были вместе, — так было на протяжении всей истории. Я уже сказал о поддержке Русской Церковью болгарского Православия, когда оно не признавалось греческим Православием, когда была так называемая болгаро-греческая схизма. Я также упомянул активную позицию Русской Церкви по обеспечению автокефального статуса Болгарской Православной Церкви и Болгарского Патриархата. Поэтому темных, тяжелых страниц в наших межцерковных отношениях не было, и это очень важно. Потому что если в отношениях между Церквями нет темных страниц, значит, и в отношениях между народами их быть не может. Что же касается политики, то политический контекст часто меняется, и важно, чтобы братские народы, вне зависимости от этого, сохраняли добрые отношения и общую систему ценностей.

— Как Вы, Ваше Святейшество, относитесь к экуменизму?

— Экуменизм — это протестантское понятие, мы его употребляем лишь как технический термин. На самом деле речь идет о межхристианском сотрудничестве, а если говорить о богословском сотрудничестве, то оно сегодня очень и очень затруднено, — в первую очередь тем обстоятельством, что протестантские церкви всегда, на протяжении всей истории, шли в фарватере светской мысли. Вот и сегодня либеральные тенденции в протестантском богословии — это результат воздействия на протестантских богословов, на протестантские церкви светских концепций, в том числе прав и свобод человека, которые предполагают, в том числе, изменение отношения к полам, поддержку однополых союзов и так далее. Поэтому, к сожалению, в богословском плане у нас сейчас остановка, и я не вижу возможности реального движения вперед в ближайшие годы. Но не православные в этом виноваты. Мы постоянно говорим нашим братьям-протестантам: нужно иметь больше свободы, больше духа и способности говорить «нет» сильным мира сего. Вот православные научились говорить «нет», потому что у нас была очень тяжелая история, в том числе в отношениях с властями. К сожалению, в протестантском мире мы сегодня видим капитуляцию основных христианских идей перед либеральными философскими подходами к человеческой личности.

Что же касается практического взаимодействия, то, при всех богословских разночтениях, у нас есть, я бы сказал, хороший опыт совместной работы по разным направлениям. В частности, сейчас налаживается серьезный диалог по взаимодействию Православных Церквей, Католической Церкви и протестантских церквей по оказанию гуманитарной помощи в Сирии. Думаю, факт сотрудничества православных с протестантами и католиками в гуманитарной сфере является очень положительным, и мы должны его развивать. Точно так же я думаю, что, поскольку пространство богословского диалога резко сузилось и мы потеряли перспективу достижения соглашений в области богословия, остаются другие области, например культурный диалог. Религии всегда играли важную роль в культуре, и вот сегодня культурный диалог через религиозные организации, через церкви мог бы содействовать установлению большего взаимопонимания между людьми. Так что я вижу, что сохраняется пространство для совместных действий в гуманитарной и культурной сферах.

— Часто Православие обвиняют в цезарепапизме, в том, что Церковь подчиняется власти. Каковы отношения Русской Православной Церкви с государством, где место Церкви в государстве?

— В дореволюционное время Православная Церковь в России была под властью государства; я уж не говорю о греческих Церквях, находившихся на территориях, контролируемых исламом, — там вообще трудно говорить хоть о какой-то свободе и независимости Церкви. Но и в Российской империи, согласно всем законам начиная с Петра I, фактически главой Церкви был император, и Церковь была включена в государственную систему. Она была частью этой системы и очень от этого пострадала, потому что была лишена возможности обращаться к обществу с посланием, касающимся не только личной морали, но и общественных или политических вопросов. От имени Церкви говорил император, а Церковь молчала. Многие проблемы, которые начали возникать еще в XVIII и особенно в XIX — начале XX веков и в конце концов привели к революционным событиям, сформировались в условиях этого вакуума. Церковь не имела возможности напрямую обращаться к людям, ее голос по самым важным злободневным вопросам общество не слышало. Это и есть результаты цезарепапизма.

Затем наступило тяжелое время гонений, когда уже ни о каком цезарепапизме речи не шло. Речь шла о выживании, и вы знаете, что сотни тысяч мучеников и исповедников погибли на территории бывшего Советского Союза, но сохранили верность Православию и Церкви.

Что же касается нынешних условий, то Церковь в России отделена от государства. Государство никак не вмешивается в церковные дела, а Церковь не вмешивается в дела государственные. Никогда Патриарх не говорит с главой государства на тему назначения государственных деятелей, как никогда за все время моего патриаршества (а я знаю, что и за время патриаршества моего предшественника Святейшего Алексия) никто из государственных чиновников не обсуждал с Патриархом темы назначения епископов или других церковнослужителей. У нас полная автономия во всех внутренних вопросах. Но Церковь играет большую роль в обществе, и значительный процент людей отождествляет себя с Православием. Не такой большой процент по воскресеньям ходит в храм, хотя ходят. Согласно последней статистике 80% населения заявили, что знают, что такое Великий пост, и значительный часть сообщила, что будет поститься во время Великого поста. Сейчас постное меню вы можете найти и в государственных учреждениях, и в светских ресторанах, то есть люди стали очень активно воспринимать православные традиции и участвовать в них.

Ничего подобного цезарепапизму в современной России, конечно, нет. Мы очень дорожим возможностью принимать решения, которые не определяются никакой внешней силой, в том числе государством. Но, кроме того, нужно помнить, что Московский Патриархат — это Церковь не только Российской Федерации, но и Украины, Белоруссии, Казахстана, и вообще мы присутствуем в 60 странах мира. Ни о каком цезарепапизме речи быть не может, потому что цезарепапизм в одном государстве может очень не устраивать другое государство. Поэтому мы считаем, что Церковь должна быть независима от государства, то есть оставаться свободной в принятии решений, которые касаются ее внутренней жизни.

— У нас все больше и больше трудностей наблюдается в процессе приобщения молодых людей к Церкви, а также в деле христианского воспитания. Есть ли подобные сложности в России, и как Вы справляетесь со светской ориентацией общества?

— Проблема молодежи существует. Все-таки большинство молодых людей не посещает храмы, — это очевидно. Но количество активной молодежи в Церкви растет. Мы считаем, что работа с молодежью сегодня является приоритетом для Русской Православной Церкви, и предприняли конкретные шаги, которые помогают нам усилить работу среди молодежи. Так, мы провели в России реформу приходской жизни. Мы настаиваем на том, чтобы в приходах — на каждом приходе или по крайней мере тех, где есть материальные возможности, были, помимо священника, диакона и церковнослужителей, люди, ответственные за молодежную, социальную, миссионерскую работу. И мы не просто провозгласили принцип, что в каждом приходе должны быть активисты, — мы создали систему их подготовки. В наших высших учебных заведениях появились факультеты и курсы, на которых мы готовим таких специалистов. Не каждый человек может пойти учиться специально по этой профессии, люди чаще всего совмещают приходскую работу с какой-то другой, но, тем не менее, они нуждаются в получении образования. Поэтому мы создаем также краткосрочные курсы обучения и повышения квалификации мирян, которые работают в социальной, молодежной, образовательной сферах. Какие-то успехи у нас уже есть — еще очень небольшие, но все-таки могу назвать несколько цифр. Так, молодежный актив города Москвы, то есть молодые люди, которые активно участвуют в церковной жизни, — это более 8 тысяч человек. Но вокруг этих восьми тысяч еще бОльшая группа молодежи, поэтому мы говорим о десятках тысяч молодых людей, которые принимают активное участие в церковной жизни города Москва.

Но это, опять-таки, меньшинство в отношении к общему количеству молодежи. Главная проблема заключается в том, что общее развитие современной цивилизации не предполагает в ней места для Бога. Речь идет о безбожной, внерелигиозной цивилизации, которая, кстати, сама себя наполняет различными ценностями. Чаще всего это бывают ценности ложные, идолы, как Вы сказали. Эти идолы очень привлекательны для молодежи, — привлекательнее, чем для людей зрелых, у которых уже выработался жизненный опыт, так что они могут отличить одно от другого, хорошее от плохого. Молодые люди очень часто отдают дань моде и начинают поклоняться идолам.

Конечно, работа с молодежью сегодня непростая, но я глубоко убежден в том, что это самый важный приоритет в церковной деятельности. Мы должны научиться работать с молодежью, в том числе через Интернет, через социальные сети. У нас многие священники занимаются проповедью в Интернете и соцсетях, — иногда очень успешно, иногда, на мой взгляд, не совсем правильно. Не люблю, когда священники стараются говорить на языке молодежи, употребляя сленг. Не надо мимикрировать под молодежь, — нужно просто нести молодым те идеи, которые будут для них привлекательны, научиться говорить понятным для них языком. Вот в этом задача священника и задача Церкви.

Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси

8 марта 2018
ПОДРОБНЕЕ

Слово Святейшего Патриарха Кирилла в неделю 25-ю по Пятидесятнице

29 ноября 2020 года, в Неделю 25-ю по Пятидесятнице, день памяти апостола и евангелиста Матфея, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Божественную литургию в храме святого благоверного князя Александра Невского в одноименном скиту близ Переделкина.

По окончании богослужения Предстоятель Русской Православной Церкви произнес проповедь:

«Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

В отрывке из послания апостола Павла к Ефесянам, который был сегодня зачитан во время Божественной литургии, мы слышали такие слова: «Умоляю вас, братья, сохранять единство духа в союзе мира» (см. Еф. 4:1-3). Удивительные слова. Апостол не просит — он умоляет сохранять единство духа в союзе мира, то есть говорит о той реальности, которая только и способна по-настоящему соединять людей.

Есть слово, которое будто покрывает призыв апостола Павла устанавливать особые отношения друг с другом, — это слово «единодушие». Иногда оно подменяется словом «единомыслие», но единомыслие — это лишь часть того, что обнимает собой слово «единодушие». Единомыслие предполагает наличие общих мыслей, общих убеждений; единомыслие абсолютно необходимо в жизни, когда людей объединяют общие цели. Например, если те, кто работает над какой-то сложной проблемой, не достигнут единомыслия, то и результата не будет. Единомыслие нужно в научной работе, производственной деятельности, во многих других областях человеческой жизни, где разные люди участвуют в некоем общем процессе, потому что без единомыслия этот процесс невозможен.

Но единодушие — нечто совсем другое. Единодушие есть единство в духе. А что такое дух? Известно, что Бог есть Дух, а всякие другие объяснения понятия «дух» несовершенны — настолько, насколько ограничено человеческое воображение и насколько ограничено человеческое познание. Мы не знаем, что такое дух, потому что мы не знаем, что есть Бог во всей Его полноте; мы знаем о Боге лишь то, что Он Сам о Себе нам говорит. Единодушие, по всей вероятности, без Бога невозможно. Может быть единомыслие, — мы знаем, как уже было сказано, что многое невозможно совершить в человеческой жизни без единомыслия. Но единая душа, общность, которую люди обретают в духовной жизни, — это великий Божий дар.

Именно поэтому апостол призывает нас к единодушию. К сожалению, о важности единодушия мы задумываемся чаще всего лишь в экстремальных условиях, когда, вне зависимости от глубины нашей веры, даже присутствия или отсутствия веры, мы осознаем, что без единодушия не справиться. Вот слова, которые были обращены в начале войны Сталиным в адрес нашего народа, — не «товарищи», не «граждане», а «братья и сестры». Почему он так сказал? Потому что все условности надо было отодвинуть в сторону, ведь речь шла о мобилизации людей на самое святое дело — спасение страны. А там, где братья и сестры, там единая плоть, единый дух, — значит, то был призыв к единодушию, к сплочению, которого трудно достичь человеческими усилиями, но которое есть дар Божий, и, наверное, без него была бы невозможна Великая Победа.

Единодушие есть Божий дар, но мы можем его обрести только тогда, когда мы готовы принять другого человека в общение с собой, когда мы готовы разделить с другим человеком свои мысли, свою жизнь, когда мы готовы делать добро другим людям. Вот тогда и возникает подлинное единодушие, — потому что не может быть единодушия среди тех, чья деятельность направлена на зло. Никакого общего духа, ибо дух есть от Бога, не может быть среди людей, совершающих зло.

Мы знаем, как часто в светской жизни необходима максимальная солидарность, ведь и создание политических партий в конце концов направлено на то, чтобы обеспечить солидарность для достижения поставленных целей. А всем тем, кто занимается созданием неких общностей людей, построенных на солидарности, нужно помнить, что без единодушия никакой солидарности по-настоящему быть не может, а единодушие приходит от Бога.

Может быть, именно от непонимания этого и проистекают многие наши беды — и в прошлом, и в наше время? Когда мы напрягаем силы, чтобы объединить людей для свершения какого-то дела, а единодушия нет? Единодушие там, где Бог, там, где вера, там, где подлинное объединение людей исключительно для достижения блага, — потому что для достижения иных целей единодушие по природе своей невозможно.

Нам всем надо проникнуться замечательными словами, которые мы сегодня слышали, и понять, что единодушие — не только в масштабах страны или больших групп людей, но и в семье, и в монашеских общинах, — достигается тем же самым способом. Не может быть подлинного единодушия без веры, без призывания помощи Божией. Не может быть единодушия без того целеполагания, которое предполагает достижение добра.

Если мы все это почувствуем, если осознаем глубину той мысли, которую сегодня обращает к нам апостол Павел, то многое, что представляется труднодостижимым, в том числе в общении между людьми, станет легкодоступным. И да поможет нам в этом Господь! Вразумленные словами Его апостола, будем совершать свой жизненный путь таким образом, чтобы и в радостях, и в скорбях опираться на то единодушие, которое проистекает от единства духа и направлено исключительно на достижение добра. Аминь».

Информационный источник: http://www.patriarchia.ru/db/text/5726951.html

29 ноября 2020
ПОДРОБНЕЕ
Scroll Up