СЛОВО СВЯТЕЙШЕГО ПАТРИАРХА КИРИЛЛА НА ПЛЕНАРНОМ ЗАСЕДАНИИ ВСЕРОССИЙСКОГО СЪЕЗДА УЧИТЕЛЕЙ РУССКОЙ СЛОВЕСНОСТИ — Восточное викариатство города Москвы — официальный сайт

Русская Православная Церковь (Московский Патриархат)
Восточное викариатство г. Москвы

«От Восток солнца
до Запад хвально Имя Господне» (Пс. 112:3)

СЛОВО СВЯТЕЙШЕГО ПАТРИАРХА КИРИЛЛА НА ПЛЕНАРНОМ ЗАСЕДАНИИ ВСЕРОССИЙСКОГО СЪЕЗДА УЧИТЕЛЕЙ РУССКОЙ СЛОВЕСНОСТИ

Опубликовано: 8 ноября 2018

Категории: Патриарх

Наша культура — в том виде, в каком мы ее знаем и любим, в том виде, в каком она известна во всем мире, — буквально пропитана христианскими духовно-нравственными ценностями и идеалами.

7 ноября 2018 года Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл принял участие в пленарном заседании Всероссийского съезда учителей русской словесности, состоявшемся в Ломоносовском корпусе Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова. Предстоятель Русской Православной Церкви обратился к участникам съезда со словом.

Уважаемый Виктор Антонович!

Хотел бы сердечно поблагодарить Вас за доклад, который помог мне войти в проблематику этого съезда и понять то, что до сих пор находилось вне моего внимания. Ваш взгляд математика на филологию, на преподавание русского языка считаю очень важным и заслуживающим самого пристального внимания. Благодарю Вас также за гостеприимство, которое Вы нам оказываете — и педагогам, и всем гостям этого съезда. Собираться в стенах Московского университета всегда приятно; высокая честь — находиться в этих стенах, чтобы вместе с профессорами, преподавателями, студентами разделять эту замечательную атмосферу творчества.

Дорогие участники съезда!

Хотел бы всех вас сердечно приветствовать. Конечно, главная причина, по которой я сегодня здесь, — это принятое мной обязательство возглавить Общество русской словесности. Я уже рассказывал, как Владимир Владимирович предложил, чтобы именно я возглавил это общество. Я позволил себе выдвинуть некоторые аргументы против этого назначения, но, как говорится, не был услышан. Ну, а потом я был поддержан общественностью и принял на себя такое, как мы в Церкви говорим, послушание. О чем совсем не жалею, потому что это вводит меня в проблематику изучения русской литературы, русского языка, вводит в соприкосновение с замечательными нашими учеными, педагогами, с которыми я время от времени встречаюсь.

Хотелось бы также сказать несколько слов по теме съезда. Виктор Антонович уже цитировал Юрия Михайловича Лотмана, — я имел возможность быть близко знакомым с ним, с его супругой. Мы принимали участие в разного рода общих мероприятиях и провели достаточно много времени в беседах. Храню в памяти образ замечательного ученого, человека, критически мыслящего, обладавшего свежим взглядом на проблемы и прекрасного популяризатора тех идей, которые он вынашивал. И если вспомнить то, что говорил Лотман о культуре, то позвольте процитировать одну краткую фразу: «Культура — это сложный механизм познания» (Лотман Ю.М. Культура и информация). Познания истории и традиции своего народа, познания самого себя. Действительно, через культуру осуществляется познание мира, потому что культура несет в себе и прошлое, и настоящее, и даже будущее.

Есть много общего между тем, как формируется церковное вероучение и тем, как формируется культурный пласт. И то, и другое осуществляется через такой замечательный механизм, как традиция, по-русски «предание». Вероучение Православной Церкви основывается не только на изучении Библии и других базовых текстов, но и на предании, на традиции, которая передает неповрежденно ценности из поколения в поколение.

Мы знаем, что в связи с появлением рационализма и позитивизма в XVII-XIX вв. начался отказ от традиции как механизма передачи ценностей. Еще ранее, в начале нового времени, в XVI веке отказ от предания в религиозной сфере привел к созданию протестантизма. А протестантизм — это попытка основывать религиозные убеждения исключительно на рациональном фундаменте. Произошла большая путаница: наука — это система, которая основывается на рациональном знании, а религия основывается частично на рациональном знании (поскольку в религиозной системе есть место теологии, богословию, научным знаниям, связанным с предметами, которые помогают понять религиозный феномен), но и на чем-то другом, в первую очередь на ценностях, которые сохраняются через предание. Поэтому я решил сегодня сказать несколько слов о предании, о традиции как о системе передачи ценностей.

В чем ошибка революций? В чем причина абсолютной неудачи большинства революций? В том, что революция радикально ломает этот поток передачи ценностей, отказывается от того, чтобы традиции, предание влияли на новую реальность. Помните: «Весь мир насилья мы разрушим До основанья, а затем Мы наш, мы новый мир построим…»? Так вот, невозможно до основания разрушить мир и реально построить новый мир, — потому что мы все принадлежим настоящему и прошлому. Вот замечательный доклад Виктора Антоновича — это уже прошлое, то, что сохранится в нашей памяти, сохранится в текстах, в предании, в традиции университета и, может быть, того сообщества, которое здесь сегодня собралось. Очень важно понимать значение традиции, в том числе в сфере педагогики.

Конечно, культура включает в себя достижения человека во всех сферах деятельности — точных науках, общественных дисциплинах, гуманитарных отраслях знания. Но в бóльшей степени, конечно, культуру мы постигаем, обращаясь к гуманитарной области человеческой деятельности. Поэтому особое значение в наше время, достаточно рациональное и технократическое, когда появляются новые способы и средства коммуникации, приобретает преподавание гуманитарных дисциплин. История, философия, искусство, филология расширяют границы мира человека, помогают ему осознать себя как личность и как часть народа, ставят пред ним важные мировоззренческие вопросы, формируют и развивают культуру мысли и культуру слова. В связи с этим значение преподавания русского языка и русской литературы в школе, а также трудов учителей словесности и их вклада в воспитание подрастающего поколения невозможно переоценить. И чем больше будут развиваться технические средства коммуникации, тем важнее будет то, чем вы занимаетесь, потому что техническим средствам коммуникации нужно будет с бόльшей энергией, бόльшей силой, бόльшей убедительностью передавать то свидетельство, которое приходит к нам из замечательной культурной традиции нашего народа и которое вы призваны актуализировать каждый раз, когда приходите в класс. Потому что вы — свидетели замечательной культурной традиции нашего народа, и научиться актуализировать эту традицию значит сохранять живыми и русский язык, и русскую литературу, и ценности, которые передаются через язык и через литературу.

О важности изучения языка для понимания культуры сказано немало: от самых крайних положений о предопределенности мировосприятия и представлений людей их родным языком (например, «гипотеза о лингвистической относительности», авторы которой, американские лингвисты Бенджамин Ли Уорф и Эдуард Сепир, полагали, что язык определяет мышление и способ познания человека) до более сбалансированных позиций. Но ясно одно: язык — это важнейшая форма национальной культуры и внешнее проявление духа народа. «Язык народа есть его дух, и дух народа есть его язык» (В. фон Гумбольдт. О различии строения человеческих языков и его влиянии на духовное развитие человечества). На мой взгляд, эти очень сильные слова Вильгельма фон Гумбольдта следует запомнить. И если язык — это проявление духа народа, то литература есть, несомненно, яркое выражение его исторического, духовного, культурного и жизненного опыта, передающегося через культурную традицию.

Наша цивилизация в значительной степени выросла из православного понимания сущности бытия. Наша культура — в том виде, в каком мы ее знаем и любим, в том виде, в каком она известна во всем мире, — буквально пропитана христианскими духовно-нравственными ценностями и идеалами. Именно православная вера воспитала в народе ту красоту и благородство души, которые запечатлены в русской литературе и в русском искусстве. Без понимания этой простой истины невозможно изучать творчество русских писателей, невозможно постичь богатства отечественной культуры, ощутить глубокую духовную связь времен, потому что духовно-нравственный код, заложенный в природу нашего человека и сформированный через традицию, обусловлен в первую очередь воспитанием, основанным на христианских ценностях.

Вспоминая школьные годы, всегда с большой благодарностью отзываюсь о своих преподавателях словесности. В советское время, невзирая на особенности идеологического контекста эпохи, уроки литературы были для нас глотком свежего воздуха. Мы с восторгом читали произведения Пушкина, Гоголя, Достоевского и Толстого, поражались глубинами, которые открывались в этом чтении. Нам казалось, что мы прикасались к чему-то сокровенному и очень важному. Именно чтение классической русской литературы помогало миллионам советских школьников осознать свою непосредственную причастность к русской культуре и ее богатейшему наследию, почувствовать себя частью огромной цивилизации с тысячелетней историей и духовной традицией.

Но если в советские годы непросто было преодолеть идеологические препоны и «железные занавесы», то сегодня, в эпоху Интернета и господства информации, учителям словесности приходится сталкиваться с трудностями совершенно иного рода. Современный человек, начиная с самого юного возраста, настолько привыкает к исключительно эмоциональному восприятию действительности и ярким аудиовизуальным образам, что зачастую оказывается неспособен к критическому и логическому осмыслению информации. Образ поражает Картинка поражает. Хлесткое слово входит в сознание и память так, как не входят передаваемые через воспитание ценности. Это беда, с которой мы все должны попытаться справиться. У современного человека формируется клиповое сознание, — Вы, кажется, об этом сказали, Виктор Антонович. Он не может видеть вещи целостно, системно. Он неразборчив в чтении, в просмотре фильмов, в музыке. К чему это приводит в конечном итоге? Это приводит к тому, что настоящее, крепкое знание подменяется мнением, точкой зрения, причем точкой зрения большинства или точкой зрения того блогера, у которого больше лайков. В интернет-пространстве возникают авторитеты, которые, несомненно, оказывают влияние на нашу молодежную среду, но по большей части не могут оказывать полезное влияние на юные души. Видимо, этим и обусловлена настороженность родителей, их страх перед увлечением детей Интернетом. Люди часто обращаются к духовникам с вопросом: «Что делать? Я сына (или дочь) не могу узнать. Он часами сидит перед компьютером, у него потеряна связь с родителями, с братьями и сестрами».

Эту проблему в свое время особенно остро поставил перед широкой общественностью почивший уже ныне академик Андрей Анатольевич Зализняк — выдающийся отечественный лингвист и популяризатор гуманитарной науки. Почему рациональное, обладающее мощной доказательной базой научное знание вдруг оказывается на периферии, а его место занимают псевдонаучные теории и всякого рода «новые хронологии», которые по сути обесценивают тысячелетний путь культурного развития, пройденный нашим народом, которые становятся известными исключительно благодаря некритическому отношению к поступающей информации?

Мне как Патриарху очевидны духовные причины этого тревожного процесса. Если из образования выпадает воспитательная составляющая, если мы воспитываем ребенка вне системы ценностей, на которых основана наша культура, откуда же у него возьмется способность отличать добро от зла, а истину от лжи? Современная постмодернистская культура навязывает нам тезис: нет никаких объективных истин; сколько голов, столько и умов; твоя собственная идея и является для тебя абсолютной истиной. При таком подходе для человека уже нет авторитетов, нет никаких «тормозов», и он, в свою очередь, готов поверить в любую яркую и самую нелепую теорию, если только она ему нравится. Через этот акцент на личную свободу, на абсолютную автономию человеческой личности общество становится легко управляемым и внушаемым, потому что каждого, кто воспитан в мысли, что он все решает и никаких особых авторитетов нет, легко превратить в инструмент влияния, в том числе со стороны сил глобального масштаба.

Но мы призваны научить молодых людей ценить настоящую культуру и отличать в лавинообразном информационном потоке шумы от сигналов. Мы призваны прививать юношеству любовь к чтению, к классической русской литературе, к грамотному и красивому русскому языку, к нашей богатой духовной традиции. Перед вами, учителями словесности, стоит задача поистине государственной важности, задача общенационального масштаба. И в этом смысле роль учителя школы приобретает в нынешних условиях огромное значение и очень высокий смысл. И я бы очень хотел, чтобы вы, мои дорогие, покинули Москву с этим пониманием особой значимости вашего труда, особой ответственности вашей за судьбу нашего народа и за судьбу нашего Отечества.

Отрадно, что за последние два года в системе образования произошли позитивные изменения. Многое сделано для формирования единого общеобразовательного пространства, — среди прочего можно вспомнить утверждение концепции развития русского языка и литературы, отечественной истории, математического образования. В российские школы, наконец, вернулись сочинения. Реализуются различные внешкольные программы, направленные на патриотическое воспитание молодежи. Так, одним из самых масштабных стал Всероссийский конкурс сочинений «Россия, устремленная в будущее», который Президент объявил в прошлом году. Почти два миллиона школьников приняли участие в этом состязании, и это, безусловно, очень хороший результат.

В ходе работы Общества русской словесности возникло предложение о введении в школьные программы так называемого «золотого канона» русской литературы — перечня произведений, которые школьник должен непременно прочитать. И я надеюсь, что в тесном взаимодействии с Министерством просвещения и педагогическим сообществом мы сможем договориться об этом. Должен заметить, что это ни в коем случае не снизит вариативность образовательной программы. Напротив, это важный шаг к привитию молодым людям вкуса к хорошему чтению, отсутствие которого является, по мысли великого русского педагога Василия Александровича Сухомлинского, одной из причин духовной пустоты.

Еще раз хотел бы сказать, что этот канон, «золотой канон», как мы его назвали, не должен никак влиять на свободу выбора педагогов. Это должен быть минимальный набор текстов, обязательных для прочтения школьниками. Через прочтение этих художественных текстов мы будем способны оказать благотворное влияние на юношество, прививая ему высокие идеалы нравственности, духовности, патриотизма. И на вас, преподавателях русского языка и литературы, лежит огромная ответственность по воспитанию подрастающего поколения сограждан. Сограждан, которые бы искренне любили свое Отечество, его историю и культуру, а через это — свой народ. От результатов ваших трудов во многом зависит, как уже было сказано, будущее страны и будущее нашего народа. Желаю всем вам помощи Божией в этом высоком и ответственном служении.

Сердечно благодарю за внимание и призываю на всех Божие благословение. И хотел бы в заключение предложить учредить Премию Общества русской словесности для учителей русского языка и литературы за особый вклад в воспитание нации и сохранение культурного наследия нашей страны. Если это будет одобрено, то в рамках работы Общества русской словесности мы разработаем положение об этой премии и начнем ее вручать. Еще раз сердечно вас приветствую.

Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси

Слово Святейшего Патриарха Кирилла перед чином прощения в Храме Христа Спасителя

Вечером 14 марта 2021 года, в Неделю сыропустную, воспоминание Адамова изгнания (Прощеное воскресенье), Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл молился за вечерней и возглавил чин прощения в кафедральном соборном Храме Христа Спасителя в Москве. После отпуста вечерни Святейший Владыка произнес проповедь.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Господь произнес при жизни Своей слова, которые многие затем с недоумением повторяли, особенно после Его смерти, Воскресения и Вознесения. А слова такие: «Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие, пришедшее в силе» (Мк. 9:1). Люди прожили жизнь, а Царство Небесное, пришедшее в силе, не увидели — так и возник у многих вопрос, что же означают эти слова.

Многие в первом поколении христиан, отталкиваясь от слов Спасителя, ожидали Его скорое пришествие, и этим ожиданием была проникнута вся их жизнь. Но мы знаем: те, кто ожидал скорое пришествие так, как они его себе представляли, совершенно неверно понимали миссию Христа. Ибо Господь пришел не для того, чтобы спасти только одно поколение людей, которые имели возможность видеть Его, быть Его современниками. Господь принес спасение для всего мира и для всех человеческих поколений до скончания века.

Мы живем с полным пониманием того, что слова Господа «стоящие здесь не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие, пришедшее в силе», исполняются, и исполняются постоянно. О каком же Божием Царстве идет речь? В прямом смысле о том мире, о той системе духовных ценностей, которые Господь принес в мир; и последующий опыт церковной жизни, опыт святых угодников, подвижников, людей просветленных, одухотворенных, иногда возлагавших на себя тяжелейшие условия бытия и через преодоление этих трудностей достигавших огромных духовных высот, свидетельствует об истине слов Христа Спасителя.

Слова «некоторые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие, пришедшее в силе», относятся и к нашему поколению, и к каждому из нас. Но от нас зависит, будем ли мы способны увидеть Божие Царство или не заметим его, не поймем, в чем оно и как Господь являет Свое Царство роду человеческому.

Великий пост, который погружает нас в атмосферу воздержания, молитвы, определенных ограничений, связанных с приемом пищи, и предназначен для того, чтобы вывести нас из тяготения повседневности, наших забот, нашей суеты, чтобы мы максимально сосредоточились на том едином, что дает человеку возможность спасения, чтобы нам, земнородным, в меру наших сил, в ответ на наши скромные, но искренние усилия была приоткрыта тайна Божественного Царства.

И ведь все это возможно, потому что если бы не открывалось Божие Царство людям, то положительного религиозного опыта вообще бы не существовало и не к чему было бы стремиться. Но это Царство открывало себя многим и многим, тысячам людей — по крайней мере, всем, кого мы называем святыми, всем мученикам, которые не убоялись физической смерти, только чтобы не предать это Божие Царство; всем преподобным и богоносным людям, и прославленным Церковью, и неизвестным Церкви. Царствие Божие открывается огромному количеству людей — конечно, не как постоянная данность, но как некое просветление, как радость на сердце, которую мы обретаем и в момент богослужения, и в момент причащения Святых Христовых Таин, и тогда, когда мы бескорыстно совершаем добро, когда жертвуем собою или от себя во имя ближних. Это духовное состояние, которое посещает верующего человека и которое никак не обусловлено логикой повседневной жизни и напротив, приходит к нам вопреки этой логике, — это состояние и есть не что иное, как прикосновение к нам Божиего Царства.

Великий пост дает нам возможность вырваться из притяжения повседневности и хотя бы на мгновение прикоснуться к иной жизни, чтобы уловить эти сигналы вечности, которые Господь несомненно направляет на всех нас. Вот только с нашими приемниками беда — не всегда мы способны настроить свой внутренний приемник ума и сердца так, чтобы улавливать эту Божественную и спасительную волну. Великий пост и дается нам для того, чтобы мы починили свои приемники, чтобы мы очистили свои сердца, чтобы мы научились делать добро, чтобы мы укрепились в вере, чтобы почувствовали красоту и радость богослужения и молитвы в храме.

Конечно, все это потребует усилий, но если бы не было усилий, то, наверное, и результат не был бы таким вожделенным. Все, что легко дается, быстро проходит, но то, что человек зарабатывает трудом, то, что он обретает, прилагая большие усилия, навсегда становится частью его жизни. Вот Господь и дает нам возможность, через незначительные усилия, связанные с воздержанием от определенного рода пищи, с более частым посещением храма, с более частым принесением исповеди, более частым причащением Святых Христовых Таин, отрегулировать свое естество, починить свой приемник, чтобы он хотя бы на какие-то мгновения улавливал волну Божественной благодати. Переживая эти великие мгновения жизни, человек навсегда их сохраняет в своей памяти, и эти переживания формируют то, что мы называем нашими религиозными убеждениями, — теми, что проистекают не от человеческих рассуждений, не от некой логики, не от неких доказательств, а от реального опыта, который мы переживаем, соприкасаясь с силой Божественной благодати, которая способна изменить нас, способна открыть нам двери Царства Небесного.

Великий пост — это не мрачное и скучное, как некоторые считают, и недостойное современного человека времяпрепровождение. Это замечательное время, время духовного опыта, время особых духовных упражнений, особой духовной тренировки, без которой мы не сможем усваивать силу Божественной благодати и преломлять ее в конкретные поступки нашей жизни. Великий пост открывает нам двери рая, и на пути к этой Божественной жизни, для которой каждый из нас предназначен и которая от каждого от нас ускользает по нашим грехам, мы должны сделать первый и самый главный шаг — примириться с нашими ближними. Мы должны испросить прощения, как бы тяжело для нас это ни было. Даже если наше прощение повиснет в воздухе и не получит ответа, что бывает крайне редко, — не нужно корить себя за то, что сделано, потому что если человек не простил в ответ на вашу искренность и готовность покаяться пред ним, то Бог вас прощает вместо этого человека. Господь дает нам много способов, возможностей, инструментов, если хотите, для налаживания нашей духовной жизни, а одним из важнейших инструментов и является покаяние.

Сегодняшний день мы называем Прощеным воскресеньем, потому что в канун Святой Четыредесятницы мы по обычаю церковному испрашиваем друг у друга прощение, как бы трудно это ни было. И вне зависимости от того, прощает нас человек или не прощает, принимает он нас или с удивлением пожимает плечами, мы всегда должны проходить свою часть пути, а если нет движения к нам навстречу, то Господь к нам приближается и дарует Свою благодать.

В этом и заключается тайна прощения, тайна принесения покаяния. Мы должны пройти свою часть пути, и начинается этот путь с сегодняшнего святого вечера. Испросим друг у друга прощения — у наших родных, близких и, может быть, не очень близких, а даже дальних людей. И давайте помнить: чем тяжелее у кого-то попросить прощения, тем больше нужно приложить сил, чтобы это сделать. Ведь там, где легко, там обмен словами «прости Христа ради — Бог тебя простит» происходит почти автоматически, а вот там, где действительно конфликт, где люди еще не исцелились от ожогов взаимной неприязни, там испрашивание прощения и прощение того, кто просит прощения у нас, и является хоть небольшим, но реальным подвигом, реальным шагом навстречу Воскресшему Христу Спасителю, Который явится нам во всей силе и радости в день Его Светлого Воскресения.

Да поможет нам Господь именно так — со смирением и упованием на волю Божию — пройти поприще Святой Четыредесятницы, начав это поприще с испрашивания прощения у наших ближних и дальних. Аминь.

Информационный источник: http://www.patriarchia.ru/db/text/5788222.html

15 марта 2021
ПОДРОБНЕЕ

Слово Патриарха Кирилла: памятный вечер в честь свт. Вениамина, митр. Петроградского

13 августа 2022 года Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл посетил памятный вечер, посвященный 100-летию мученической кончины святителя Вениамина, митрополита Петроградского и Гдовского, в Большом зале Санкт-Петербургской академической филармонии им. Д.Д. Шостаковича. Предстоятель Русской Церкви обратился к участникам собрания с Первосвятительским словом.

Хотел бы поразмышлять с вами на тему столетия мученической кончины владыки митрополита Вениамина. Мы собрались с вами сегодня для того, чтобы почтить память этого выдающегося иерарха Русской Православной Церкви — человека замечательного, доброго, отзывчивого, скромного. Он был действительно очень доступен для людей, вел себя просто, и рассказывают о таком случае из его жизни. Владыка любил гулять в садике Александро-Невской лавры, и однажды, когда он там прогуливался, вдруг появился Александр Введенский, один из зачинателей обновленческого движения, и с ним группа «товарищей». Александр Введенский подходит к владыке и говорит: «Благословите, владыка!» Но митрополит Владимир его не благословил, а сказал: «Отец Александр, а Вам это не напоминает Гефсиманский сад?» Тогда те, кто пришел вместе с Введенским, и арестовали владыку…

Конечно, говорить о митрополите Вениамине можно очень много, даже о достаточно спокойном времени его служения в Петербурге. Он действительно был, выражаясь обыденным человеческим языком, очень популярен. Его любила петербургская паства — за простоту, отзывчивость, готовность обсуждать и с духовенством, и с мирянами их проблемы. Но в связи с принятием известного постановления коммунистического правительства о сопротивлении изъятию церковных ценностей этот замечательный человек, выдающийся иерарх Русской Православной Церкви, был обвинен в том, что якобы сопротивлялся изъятию этих ценностей, и в ночь с 12 на 13 августа 1922 года расстрелян на окраине Петрограда.

Говоря об этой истории, необходимо вспомнить и о тех, кто был вместе с владыкой. Это замечательные люди: архимандрит Сергий (Шеин), адвокат Ковшаров, профессор Новицкий; и все они были расстреляны вместе с митрополитом Вениамином. А для того чтобы всё это оформить юридически, был проведен суд — в том самом помещении, где мы с вами в таком множестве собрались. И я хотел бы процитировать слова владыки Вениамина, которые он здесь произнес, обращаясь к суду: «Что бы вы ни провозгласили, приму как волю Божию. Слава Тебе, Господи Боже, за всё!»

Даже в этот трагический момент, когда владыка понимал, что его жизнь заканчивается, он нашел правильные слова, слова пастыря. Слова не искусственные, не декларативные, но проистекавшие из его убеждений, из его сердца, из его веры. А за несколько дней до расстрела митрополит Вениамин написал: «Трудно, тяжело страдать, но по мере наших страданий избыточествует и утешение от Бога». Страдание всегда воспринимается как нечто тяжелое — то, что наносит ущерб человеческой психике и здоровью. Но владыка увидел в страдании действие избыточествующей Божией благодати. Из его слов следует, что чем тяжелее человеку, который страдает за Христа, за правду Божию, тем больше действует Божественная благодать.

Вспоминая сегодня события того страшного времени, нам следует еще и еще раз обратиться к личности владыки Вениамина, чтобы понять весь ужас происходивших процессов, которые взбудоражили нашу великую, но в то время такую несчастную страну. Когда по ложным обвинениям, под надуманными предлогами верующих подвергали гонениям, пыткам, лишению имущества, здоровья, часто — самой жизни. Но в трудные времена Господь дает Своей Церкви особых людей, обладающих большой силой духа, способных вести за собой народ, подающих пример жертвенного служения Христу и ближним. Владыка Вениамин и был таким архипастырем, настоящим Божиим человеком — вот как можно было бы его охарактеризовать.

Он стал правящим архиереем в Петрограде в смутное, очень тревожное для нашей страны время — сразу после Февральской революции 1917 года, и воспринял жребий нового служения со свойственным ему горением сердца и ревностью, сознавая тяжелейшую ответственность, которая ложилась на его плечи. Народ искренне полюбил своего архипастыря. Он был удивительным человеком, и многие отмечали его евангельскую простоту в обращении, кротость, отзывчивость, любовь к людям вне зависимости от их знаний и убеждений. А ведь последнее было особенно важно для того тревожного времени, когда страна буквально бушевала, охваченная политическими страстями, когда политические взгляды становились преградой для нормального человеческого общения. Люди уже не могли общаться со своими политическими противниками, а вот владыка умел, поверх этих человеческих преград и конфликтов, по-доброму относиться ко всем вне зависимости от их взглядов — особенно к своей пастве, среди которой в то время тоже были разные люди.

Став митрополитом Петроградским, владыка принялся устраивать приходскую жизнь, что в годы повсеместной разрухи, уже начавшихся жестоких гонений на Церковь и репрессий против духовенства само по себе было делом чрезвычайно нелегким и опасным. Возвышая голос против творимых властью беззаконий, владыка Вениамин стремился защищать, насколько это было в его силах, своих пасомых. Когда же в 1922 году государство начало кампанию по изъятию церковных ценностей якобы на нужды голодающих, митрополит Вениамин без колебаний согласился передать властям ценности, не имеющие богослужебного употребления. Однако вовсе не это было истинной целью богоборцев. Воспроизвожу по памяти слова господина Ульянова, известного также как Ленин: «Чем больше мы расстреляем по этому делу реакционного духовенства, тем лучше». Может быть, в каких-то словах я ошибся, но Ленин сказал именно это. Изъятие ценностей было поводом для уничтожения духовенства, потому что большевики (которые, кстати, в церковно-приходских школах учились и многие вещи из церковного обихода знали) хорошо понимали, что значат для верующих людей Святая Чаша, евхаристические сосуды, чудотворные иконы. Они ясно осознавали, что человек верующий, православный не сможет безразлично отнестись к изъятию, то есть кощунственному обращению со святынями. А потому были готовы расстреливать по этому поводу людей — «чем больше, тем лучше».

После организованной провокации митрополит Вениамин был арестован вместе с другими верующими и духовенством. Как я уже сказал, это произошло в Александро-Невской лавре при содействии иуды — будущего обновленческого «митрополита» Введенского. Именно там владыка был арестован и заключен в темницу. Он находился под сильнейшим давлением следственных органов, вынуждавших его дать ложные показания на себя и на других невиновных людей. Ведь была поставлена цель оклеветать владыку, облить грязью, чтобы на последующих допросах утверждать, будто «митрополит во время следствия сказал, что ты делал то-то или то-то». Владыка Вениамин сознавал, насколько опасно допустить хоть какое-то слово, которое могло бы бросить тень на его собратьев, на верующих людей, и поэтому очень мужественно вел себя на допросах. Даже пребывая в заключении, он сохранял внутреннее спокойствие, мужество и твердость духа. Перед вынесением решения суда митрополит Вениамин произнес поразительные слова, свидетельствующие о глубине его веры и силе его христианского упования. Цитирую: «Я не знаю, что вы объявите в приговоре, жизнь или смерть, но что бы ни было, я с одинаковым благоговением обращу очи горе, возложу на себя крестное знамение и скажу: слава Тебе, Господи Боже, за всё!» И ведь это не поза. Иногда люди говорят сильные, яркие слова либо в надежде на то, что кто-то им поможет, либо в надежде, что это будет многими услышано. Однако он говорил это не для кого-то — он говорил это для самого себя и для самого ближайшего круга тех, кто мог эти слова слышать.

В одном из своих посланий апостол Павел пишет, что истинные плоды духа — любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание (Гал. 5:22-23). Взирая на подвиг митрополита Вениамина, в простоте сердца служившего Богу и не убоявшегося подтвердить свою верность Христу и Его заповедям даже до смерти, мы можем свидетельствовать, что владыка действительно обладал этими бесценными качествами, о которых пишет апостол Павел. И сегодня мы с благоговением вспоминаем духовный подвиг митрополита и вместе с ним — подвиг многих тысяч новомучеников и исповедников Церкви нашей.

Гонения на Церковь Православную, открывшиеся более века назад, были уникальны по своему характеру. Читая описания страданий древних мучеников, мы часто обращаем внимание на публичность происходящего, а также на проявления взаимной любви христиан, которые разделяли страдания друг с другом. Более того, некоторые из них были служителями тем, кто находился в узах, — как сказано в послании апостола Павла, непрестанно памятуя дело веры и труд любви и терпение упования на Господа нашего Иисуса Христа (1 Фес. 1:3). То есть люди, руководствуясь высокими идеалами христианства, оказывали бескорыстную помощь нуждающимся и страждущим.

А вот в начале XX века ситуация была принципиально иная. Гонители римской эпохи, хоть и были язычниками, но все-таки во что-то верили, какая-то система ценностей ими признавалась, и, конечно, еще была жива великая античная культура. А вот репрессивная машина атеистического государства действовала в совершенно ином контексте и работала системно и методично, пытая и убивая людей. Верующий радикально изолировался от общества, ему непрестанно внушались мысли о том, что религия, которой он служит, — это пережиток прошлого; что никакой религии больше не будет и те, кто верит, будут отторгнуты народом. Церковь настойчиво очернялась как оплот контрреволюционного движения: «народ за революцию, за равенство, братство, свободу; а Церковь вместе с реакционерами, то есть против равенства, против братства, против свободы».

Это мы, родившиеся десятилетиями позже, знаем, что все эти лозунги не имели никакого отношения к реальности. Но народ-то ими вдохновлялся, воспринимая всё за чистую монету! Считалось, что муки, страдания и даже смерть, имевшие место в гражданскую войну, — всё это происходит во имя высочайших нравственных идеалов. Конечно, сохранить в таких условиях преданность делу Божиему было чрезвычайно трудно. Однако столетие назад наши соотечественники и духовные предшественники, подобно первым христианским мученикам, остались ревностными исполнителями Божественного призыва: будь верен до смерти, и дам тебе венец жизни (Откр. 2:10).

Мы, христиане века XXI, призваны быть преемниками наших замечательных отцов и дедов, которые в тяжелейшие времена самого, наверное, страшного гонения на Церковь за всю историю человечества, став новомучениками и исповедниками, сохранили веру и воспитали в ней своих детей и внуков. Нам необходимо помнить слова апостола Павла: Поминайте наставников ваших, которые проповедовали вам слово Божие, и, взирая на кончину их жизни, подражайте вере их (Евр. 13:7). Именно поэтому наша Церковь предпринимает столь серьезные усилия по увековечиванию памяти о подвиге новомучеников и исповедников ХХ столетия, и сегодняшнее событие — еще один шаг на этом пути. Дай Бог, дорогие мои, чтобы мы, следуя имеющимся примерам, всегда были готовы ревностно стоять в истине Христовой, являть твердость в хранении веры, преданность Церкви Божией и ее учению. И, может быть, память о новомучениках поможет нам быть верными не в условиях гонений, а среди тех соблазнов, которые обрушивает на нас современная безбожная цивилизация. Иметь силу противостоять тому, на чем спотыкается огромное количество людей, — я имею в виду нравственную основу жизни, исполнение Божиих заповедей, всё, что касается вопросов, связанных с браком, с человеческими отношениями, да и вообще со всем тем, что может быть покрыто таким великим понятием, как любовь к ближнему. Дай нам Бог оставаться твердыми в нашем уповании, в нашей вере. И будем крепко молиться, чтобы предстательством святых мучеников и исповедников Церкви нашей Господь приклонил милость Свою к народу нашему, к Отечеству нашему, к Церкви нашей. Потому что все мы, как мне кажется, вошли в очень непростую эпоху. Никто не знает, как будут развиваться события, но, чем сильнее духом, чем сильнее в вере мы будем, тем легче могут быть преодолены любые трудности.

Теперь хотел бы сказать несколько слов о том, что и позже большевики не оставляли намерения ликвидировать Церковь. И поскольку не получилось «кавалерийским наскоком» сразу всех прижать, заставить порвать с Церковью, то возникла мысль: если Церковь не удалось победить извне, ее надо развалить изнутри. А что для этого нужно сделать? А для этого нужно, чтобы внутри Церкви возникли идеи, которые могли бы вызвать симпатию у части верующих. Несомненно, другая часть эти идеи не примет, верующие начнут ссориться друг с другом, возникнут расколы, разделения, и таким образом Церковь скомпрометирует себя в глазах всего народа, ее авторитет ослабнет, и можно будет ее разрушить давлением внешних сил.

Так была предпринята новая атака на Церковь. При поддержке либерально настроенного духовенства, в том числе, к сожалению, питерского, была создана так называемая «Живая церковь». А раз живая, значит, другая Церковь мертвая? Именно так и говорили: Православная Церковь умерла, она вся закостенела в быту, обрядах, традициях. В Церкви отсутствуют демократические нормы внутреннего управления, в ней нет всего того, что было на гребне тогдашней революционной философии, и некоторые священнослужители настолько вдохновились подобными идеями, что и решили создать «Живую церковь». Естественно, государственная власть сразу их поддержала, тем более что Патриарх Тихон находился тогда под арестом, и обновленческие идеи стали достаточно быстро распространяться. Гонители Церкви решили, что выбрали правильное направление — не действовать наскоком, а предложить очень привлекательную идею, с тем чтобы она объединила часть людей, а другая часть им противостала и возник глубинный раскол, ослабляющий Церковь изнутри.

Именно так было создано обновленческое движение, и я хотел бы познакомить вас с позицией Святейшего Патриарха Тихона, но не своими словами. Бывают иногда такие чудеса: работая в домашнем архиве Патриархов Московских, которые были до меня, я нашел какую-то папочку, которую, наверное, десятилетиями не открывали. Что меня потянуло эту папочку открыть? Тоненькая такая, замусоленная, и вот я ее открываю и обнаруживаю этот документ. Видите, на какой бумаге? Даже ее размер меня поразил, еще до того, как я начал читать, — сейчас так не делают, листы бумаги теперь короче. А когда стал читать, я понял, что это тот самый документ, чтение которого каралось смертной казнью в Советском Союзе в 20-е годы. Позвольте, я вам прочитаю этот документ по подлиннику, подписанному Святейшим Патриархом Тихоном.

Божией милостью Мы, смиренный Тихон, Патриарх Московский и всея России, Преосвященным архиереям, благоговейным иереям, честным инокам и всем верным чадам Православной Российской Церкви мир и благословение Божие.

Более года, по обстоятельствам, всем известным, Мы были отстранены от Нашего пастырского служения и не имели возможности стоять лично у кормила правления, чтобы хранить освященные веками предания Церкви (он был тогда заключен в Донской монастырь под домашний арест). Посему, как только наступили эти обстоятельства, в точном соответствии с постановлением Собора, установившего порядок Патриаршего управления Российской Церковью, и с определением состоявшегося при Нас Священного Синода от 7 (20) ноября 1920 г. признали Мы за благо передать на время Нашего удаления от дел всю полноту духовной власти назначенному Нами Заместителю Нашему митрополиту Ярославскому Агафангелу, с тем чтобы им был созван Второй Поместный Собор Российской Церкви для суждения о высшем правлении Церковью и о других церковных нуждах, против чего, как Нам было сообщено, не возражала и гражданская власть. Митрополит Агафангел изъявил согласие принять на себя возложенное Нами поручение. Но по причинам, от него не зависящим, он не мог приступить к выполнению своих обязанностей (его не выпустили в Москву, он не мог из Ярославля выехать).

Этим воспользовались честолюбивые и своевольные люди, дабы войти во двор овчий не дверьми, но прелазя инуде (Ин. 10:1), и восхитить не принадлежащую им Высшую власть Православной Российской Церкви. 18 мая истекшего года к Нам, находящимся тогда в заключении на Троицком подворье, явились священники Введенский, Белков и Калиновский (недавно сложивший с себя сан) и под видом заботы о благе Церкви подали Нам письменное заявление, в котором, жалуясь на то, что вследствие сложившихся условий церковные дела остаются без движения, просили Нас вверить им канцелярию Нашу для приведения в порядок поступающих в нее бумаг. Сочтя это полезным, Мы уступили их домогательствам и положили на их заявлении следующую резолюцию: «Поручается поименованным ниже лицам (т. е. подписавшим заявление священникам) принять и передать Высокопреосвященному Агафангелу по приезде его в Москву синодские дела, при участии секретаря Нумерова». По силе этой резолюции им было поручено лишь принять дела и передать их митрополиту Агафангелу, как только он приедет в Москву. О том же, как должны поступить они с принятыми делами, если бы митрополит Агафангел совсем не явился в Москву, никаких распоряжений Нами сделано не было, потому что самой возможности этого Мы тогда не могли предвидеть, а на то, что они сами в таком случае должны были бы заменить митрополита Агафангела и стать во главе Церковного Управления, в резолюции благословения быть не могло, так как полномочия, связанные с саном епископа, не могут быть переданы пресвитерам. Тем не менее, эту резолюцию Нашу они объявили актом передачи им церковной власти и, согласившись с епископами Антонином и Леонидом, образовали из себя так называемое «Высшее Церковное Управление» («ВЦУ»).

Чтобы оправдать это самочинное деяние, они неоднократно и в печати, и на публичных собраниях утверждали, что приступили к управлению Церковью по соглашению с Патриархом (ссылка на газету «Правда» от 21 мая 1922 года), что они составили ВЦУ согласно резолюции Святейшего Патриарха Тихона и приняли из рук самого Патриарха высшее управление Церковью (см. журнал «Живая Церковь», № 45, с. 9). На собрании 12 июня 1922 года по поводу предложения одного священника не проводить в жизнь никаких реформ, иначе как с благословения Патриарха, председатель этого собрания епископ Антонин заявил: «Так как Патриарх Тихон передал свою власть ВЦУ без остатка, то нам нет надобности бегать за ним, чтобы брать у него то, чего в нем уже не имеется» (это заявление было опубликовано в «Известиях» 16 июня 1922 года).

Ныне же торжественно и во всеуслышание с сего священного амвона свидетельствуем, что все эти столь решительные заявления о соглашении с Нами и о передаче Нами прав и обязанностей Патриарха Российской Церкви ВЦУ, составленному епископами Антонином и Леонидом, священниками Введенским, Красницким, Калиновским и Белковым, не что иное, как ложь и обман! И что перечисленные лица овладели церковной властью путем захвата, самовольно, без всяких установленных правилами нашей Церкви законных полномочий. На таковых Святая Церковь изрекает строгие прещения: по 16-му правилу Антиохийского Собора епископ, отступивший от указанного порядка и самовольно вторгшийся в чужую епархию, хотя бы об этом просил его и весь народ, изгоняется из нее и извергается из сана за грех нарушения церковных законов. Лица, учредившие самозванное ВЦУ в Москве и повинные в этом перед Церковью, отягчили свое положение еще посвящением епископов в незаконно захваченные области, так как поставили себя под действие 31-го правила Святых Апостолов, угрожающего лишением сана как посвящающим в чужие епархии, так и посвященным ими.

И как же они воспользовались незаконно захваченной церковной властью? Они употребили ее не на созидание Церкви, а на то, чтобы сеять в ней семена пагубного раскола; чтобы лишать кафедр православных епископов, оставшихся верными своему долгу и отказавших им в повиновении; чтобы преследовать благоговейных священников, согласно канонам церковным не подчинившихся им; чтобы насаждать всюду так называемую «Живую Церковь», пренебрегающую авторитетом Вселенской Церкви и стремящуюся к ослаблению церковной дисциплины; чтобы дать торжество своей партии и насильственно, не считаясь с соборным голосом всех верующих, осуществлять в жизни ее желания.

Всем этим они отделили себя от Единого Тела Вселенской Церкви и лишились благодати Божией, пребывающей только в Церкви Христовой. А в силу этого все распоряжения не имеющей канонического преемства и незаконной власти, правившей Церковью в Наше отсутствие, недействительны и ничтожны! А все действия и таинства, совершаемые отпавшими от Церкви епископами и священниками, безблагодатны, не имеют силы, и верующие, участвующие с ними в молитве и таинствах, не только не получают освящения, но и подвергаются осуждению за участие в их грехе.

Сильно терзалось сердце наше, когда доносились до Нас смутные известия о церковных нестроениях, возникших в Церкви после Нашего устранения, о насилиях самочинного и самозванного «живоцерковного» правительства, о возникновении и борьбе партий, о духе злобы и разделений там, где должен веять дух любви и братского единения. Но Мы ничем, кроме келейной молитвы, не могли содействовать умиротворению Церкви и уничтожению в ней этой пагубной распри, пока не получили свободы.

Ныне же, выйдя из стен заключения и ознакомившись подробно с положением церковных дел, Мы снова восприемлем Наши Первосвятительские полномочия, временно переданные Нами Заместителю Нашему митрополиту Агафангелу, но им по не зависящим обстоятельствам не использованные, и приступаем к исполнению Cвоих пастырских обязанностей, моля усердно Владыку Церкви, Господа нашего Иисуса Христа, да подаст Нам силы и разумение к устроению Церкви Своей и к водворению в ней духа любви, мира и смирения. Вместе с этим Мы призываем всех епископов, иереев и верных чад Церкви, которые в сознании своего долга мужественно стояли за богоустановленные порядки церковной жизни, и просим их оказать Нам содействие в деле умиротворения Церкви своими советами и трудами, а наипаче молитвами Создателю всех и Промыслителю Богу. Тех же, которые волею или неволею, ведением или неведением поползнулись в настоящем веке лукавствия и, признав незаконную власть, отпали от церковного единения и благодати Божией, умоляем сознать свой грех, очистить себя покаянием и возвратиться в спасительное лоно Единой Вселенской Церкви.

Благословение Господне да будет со всеми вами, молитвами Богородицы и Приснодевы Марии, святых отец наших Петра, Алексия, Ионы, Филиппа, Гермогена, святителей Московских, чудотворцев, и всех святых Российской земли, от века Богу угодивших. Аминь.

Смиренный Тихон, Патриарх Московский и всея России. 15 июля 1923 года, Донской монастырь.

Вот подлинник, подписанный Святейшим. Мы сейчас прослушали это послание — кто-то внимательно, кто-то немножко уже дремлет; а ведь только за хранение этого документа, за его чтение назначался большой срок, а иногда расстрел. И мой родной дед, горячий сторонник канонической Церкви и Патриарха Тихона, прятал такие документы так, чтобы их не могли найти во время обыска. Текст, который мы с вами так спокойно воспринимаем, стоил людям жизни. Почему? А потому что Святейший Тихон полностью раскрыл правду о страшном мятеже, который был спровоцирован государственной властью и мог погубить всю нашу Церковь, если бы не твердая позиция Святейшего Патриарха и наших отцов, которые не убоялись ни заключения, ни расстрела. Обновленчество было хорошо продуманной атакой безбожной власти на Русскую Православную Церковь, но, как показала история, никакие хитросплетения не смогли сбить нашу Церковь с канонического пути. Церковь устояла, и это, конечно, Божие чудо.

В заключение хотел бы вновь сказать, что мы, христиане XXI века, несмотря на совершенно иные проблемы и условия нашей жизни, все-таки должны как-то соотносить себя с поколением новомучеников. Мы живем в комфортных, достаточно спокойных условиях, — хотя некоторым кажется, что всё плохо, но, конечно, совсем не так, как в те страшные времена. Так когда и как мы можем соотносить себя с мучениками, исповедниками? Тогда, когда нам нужно выбирать, как поступить, — по совести, по Божиему закону или по конъюнктуре, под давлением среды: «все так делают, и как же я буду поступать иначе?»

И передо мной стоял этот вопрос, когда я в школе учился. Я не вступал ни в пионеры, ни в комсомольцы, и когда меня спрашивали, почему, я говорил: я буду первым пионером и первым комсомольцем, только позвольте мне в красном галстуке пойти в воскресенье на Литургию и причаститься. Мне говорили: нет, это невозможно. Тогда и мне невозможно красный галстук носить, отвечал я и не вступал ни в пионеры, ни в комсомольцы. И такое детское исповедание веры сыграло важную роль в моем дальнейшем формировании. Конечно, я не сравниваю себя и наше поколение с теми, кто был до нас, но, также пройдя непростыми путями, связанными с реальным исповеданием веры в советское время, я должен сказать, что твердая позиция, готовность идти до конца, не соглашаясь с давлением окружающей среды, конечно, формирует характер, укрепляет убеждения и очень укрепляет веру.

Еще раз хочу сказать: сегодня никто не пытает, не заставляет отречься, но мы наблюдаем эту расслабленность современной жизни, этот плюрализм мнений, это отсутствие нравственной нормы. Современный либерализм проповедует, что высшая ценность — это свобода; то, что ты выбираешь, и является ценностью. И ведь по этому закону живет огромное количество людей, особенно в западных странах, и многие говорят: они там живут неплохо, может, и нам так жить? Так давайте всегда, делая какие-то умозаключения, думать о самом главном! А это наша верность Господу Христу, наша готовность жить по Божиему закону, наша готовность исповедовать нашу веру, и не только в личном плане, но и на иных уровнях. Политикам, бизнесменам, ученым — в тех областях, где они трудятся. И если мы научимся соединять наши религиозные убеждения с нашей повседневностью, с нашей повесткой дня и поставлять эти убеждения в качестве приоритетных, то мы действительно будем очень сильными — и на личном, и на семейном, и на государственном уровне.

Именно в этом зале, стены которого помнят митрополита Вениамина и пострадавших с ним мучеников, помнят беззаконный фарс в виде судебного производства и страшный смертный приговор, я бы хотел призвать всех нас по возможности актуализировать эту историческую картину. В том смысле, чтобы поставить вопрос: а вот в нынешних условиях — где я? Способен ли я пойти против мейнстрима, как теперь говорят, особенно если это течение влечет человека к греху, к соблазну? Когда грех рядится в красивые одежды, когда идет массовая популяризация греха через кинематограф, через литературу, когда все трещит — семейная жизнь и нравственные принципы в целом, когда человек становится очень слабым, подверженным влияниям извне? Мне кажется, что все мы, православные христиане XXI века, не забывая подвиг наших предшественников, должны стараться в меру наших сил подражать им — великим сынам и дочерям Русской Церкви. Благодарю вас за внимание.

Информационный источник: https://foto.patriarchia.ru/news/pamyatnyy-vecher-v-sankt-peterburgskoy-filarmonii-posvyashchennyy-100-letiyu-muchenicheskoy-konchiny-svyatitelya-veniamina-mitropolita-petrogradskogo-2022-08-14/

14 августа 2022
ПОДРОБНЕЕ

ПАТРИАРШАЯ ПРОПОВЕДЬ В НЕДЕЛЮ 22-Ю ПО ПЯТИДЕСЯТНИЦЕ ПОСЛЕ ЛИТУРГИИ В ХРАМЕ ИКОНЫ БОЖИЕЙ МАТЕРИ «ВСЕ СКОРБЯЩИХ РАДОСТЬ» НА БОЛЬШОЙ ОРДЫНКЕ Г. МОСКВЫ

Человек подвержен влияниям, и сам меняется, и мир вокруг него меняется. Как же тогда можно утверждать, что человек и есть критерий, мерило истины?

28 октября 2018 года, в Неделю 22-ю по Пятидесятнице, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Божественную литургию в московском храме в честь иконы Божией Матери «Все скорбящих Радость» на Большой Ордынке. По окончании богослужения Предстоятель Русской Православной Церкви обратился к верующим с проповедью.

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

Сегодня в апостольском чтении — небольшом отрывке из Послания апостола Павла к Галатам — мы находим такие слова: «А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят, и я для мира» (Гал. 6:14).

Эти замечательные слова апостола Павла помогают нам многое понять. Что означает «мир распят крестом Христовым»? Все, кто в мире, должны взойти на крест или призваны проходить через какие-то особые страдания? Совсем не так. Это означает, что мерилом в оценке всего, что в мире происходит, является крест Христов. Эта великая и возвышенная идея, которая заключается в том, что крест есть мерило истины, мерило правды, запечатлена и в традиционном русском кресте с нижней перекладиной. Ее правая часть поднята вверх в память о благоразумном разбойнике, левая опущена вниз, — действительно, крест как некие весы, как мерило правды и неправды, святости и беззакония.

А что все это означает для нас, православных христиан? Мы живем в быстро меняющемся мире, и жизненные ситуации стремительно изменяются. Мы живем во времена, когда меняются представления людей о добре и зле. Казалось бы, что легче, чем отличать добро от зла, ведь все так ясно, — мы научены мамой, папой, бабушками, дедушками… Действительно, через передачу ценностей каждое последующее поколение людей воспитывалось в строгой и ясной системе. Но наступило время, когда все смешалось, когда в сознании людей, особенно мыслителей, определяющих философское содержание эпохи, перестали различаться добро и зло. Якобы есть только свободный выбор человека, и никакие условности не должны этот выбор определять. Человек сам себе глава и сам может определить, что хорошо и что плохо. И мы знаем, что эта философия входит в нашу повседневную жизнь, часто через современное изобразительное искусство, кинематограф, через многое другое, что развивает в человеке безусловное право определять, что есть добро, а что зло.

Но ведь каждый знает, что критерии определения добра и зла могут меняться, в том числе с возрастом. То, что казалось привлекательным в юношеские годы, после пройденного жизненного пути теряет свой ореол. Люди прозревают и осознают: то, что они считали прекрасным, на самом деле таковым не является. Действительно, человек подвержен влияниям, и сам меняется, и мир вокруг него меняется. Как же тогда можно утверждать, что человек и есть критерий, мерило истины? Если принять эту точку зрения, то никакой истины вообще не существует. Может быть, к этому и устремляется современная цивилизация, приписывая человеческой личности безусловные права и при этом пытаясь личность поработить? Ведь как может сопротивляться общему потоку человек, если он такой маленький и незначительный? Где свобода человека, которого уносит поток общественного мнения, вкусов, моды? И как же тяжело разобраться в том, что есть свет, а что тьма, что правда, а что ложь! Если крест Христов перестает быть мерилом истины, если мы, многое не зная и не чувствуя, не накладываем мерило крестное на то, что вокруг нас происходит, то вне зависимости от нашей религиозности, от того, ходим мы в храм или не ходим, мы становимся легкой добычей мощного потока, в котором легко потерять и свою свободу, и способность отличать добро от зла.

Крест Христов возвышает нас и, как говорит Златоуст, дает мудрость. Действительно, это подлинная мудрость жизни, это некая сила, которая дает человеку способность и возможность не погибнуть в этом мире. И не только духовно, мистически, ибо от Христа благодать исходит, но и рационально, если мы способны крест, христианский идеал поставлять как мерило по отношению ко всему, что бросает вызов нашей духовной исторической подлинности.

Сегодняшнее послание апостола Павла вооружает нас большой силой. Оно обращено к каждому. Апостол Павел предлагает нам измерять мир крестом Христовым, нашими христианскими убеждениями. И эти убеждения, связанные с верой и благочестием, не только открывают для нас врата Царствия Небесного, но и помогают нам не сбиться с жизненного пути, не впасть в опасные заблуждения и духовные преступления. Потому что крест оберегает нас и силой своей благодатной, и великой мудростью, применяя которую в повседневной жизни, мы можем избавить себя и от скорбей, и от бед, и от зол, и от заблуждений.

Прославляя крест Господень, мы прославляем победу Христа. Победу, которая была явлена через страдания. Победу, которая дала благоразумному разбойнику возможность обрести Царство Небесное еще там, на кресте. Победу, которая открывает людям всех народов и всех эпох возможность обретать и сохранять истину, возможность входить в общение со своим Богом и Спасителем, возможность обретать спасение и здесь, на своих жизненных путях, и в вечности. Аминь.

Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси

31 октября 2018
ПОДРОБНЕЕ

СЛОВО СВЯТЕЙШЕГО ПАТРИАРХА КИРИЛЛА В ДЕНЬ ПАМЯТИ СВЯТИТЕЛЯ НИКОЛАЯ ЧУДОТВОРЦА ПОСЛЕ ЛИТУРГИИ В НИКОЛО-УГРЕШСКОМ МОНАСТЫРЕ

Кроткий человек способен достойно отвечать на внешние вызовы, сохраняя свой внутренний мир, свою любовь к людям, свое благорасположение и одновременно творя правду и утверждая ее в окружающем мире.

22 мая 2018 года, в день памяти святителя и чудотворца Николая, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Литургию в Николо-Угрешском ставропигиальном монастыре. По окончании богослужения Святейший Владыка обратился к верующим с проповедью.

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

Сегодня мы вспоминаем святителя и чудотворца Николая — великого Божиего угодника, имя которого совершенно особым образом воспринимается нашим благочестивым народом. С ним связаны многочисленные истории, запечатленные как в исторических документах, так и в народном фольклоре, свидетельствующие о том, что у нашего благочестивого народа особая духовная связь со святителем и чудотворцем Николаем. Он отвечает на наши молитвы, и именно это является причиной столь горячего почитания.

Не приходят люди к пустому колодцу за водой, а если кто и придет, то идти туда во второй раз его уже не заставишь. Но мы обращаемся с молитвами к святителю и чудотворцу Николаю, мы постоянно храним в своем сознании благоговейную память об этом угоднике Божием именно потому, что он являет нам неиссякаемый источник милости и чудес. Это колодец, от которого почерпают живительную влагу, дающую людям жизнь, здоровье и укрепление в вере.

В тропаре святителю Николаю есть слова: «Правило веры и образ кротости». И некоторые люди, изучая житие святителя, говорят: правилом веры он, конечно, был, но относительно кротости возникают большие сомнения. Ведь именно он дал самый сильный отпор еретику Арию на I Вселенском Соборе и по преданию, которое кем-то разделяется, а кем-то отвергается, но существует, даже ударил этого еретика по лицу! Так какой же он кроткий, если так поступал?

Так говорят потому, что в быту существует совершенно искаженное, неправильное понимание величайшей христианской добродетели — кротости. По слову святителя Иоанна Златоуста, кротость в сознании людей смешивается с малодушием, а малодушие — это трусость, боязливость. Но разве боязливость могла бы быть христианской добродетелью? Неужели это постыдное чувство, так часто губящее людей, мешающее им в жизни, могло бы войти в Заповеди блаженства, произнесенные Христом Спасителем с возвышенности на берегу Галилейского озера? Там перечисляются только подлинные добродетели, и кротость — одна из них.

Кротость не имеет ничего общего с человеческой слабостью. И тот же Иоанн Златоуст говорит замечательные слова: «Кротость есть великая сила, и тот, кто хочет быть кротким, должен быть мужественным, благородным, и душа его должна высоко возноситься». Вот такие сильные слова. Ни о какой человеческой слабости речи не идет. Речь идет о мужестве, о благородстве, о душе, которая возноситься способна к горнему.

И еще что-то очень важное говорит святитель Иоанн Златоуст о гордости. Он говорит, что человек, неспособный переносить оскорбления и помогать незаслуженно обиженным, не может быть кротким. А ведь святитель Николай был именно таким. Он переносил оскорбления и незаслуженно обиженным, как мы знаем, помогал, да как помогал, предотвратив смертную казнь трех людей, незаслуженно обвиненных в преступлении, которого они не совершали!

Вот что означает кротость. И все то, о чем говорит святитель Иоанн Златоуст, помогая нам понять смысл этой величайшей христианской добродетели, относится к святителю и чудотворцу Николаю. Он был способен переносить оскорбления, он был способен заступаться за невинные жертвы и невинно обижаемых людей. Он нес в себе духовную силу, которая проистекала, несомненно, от мужества и благородства его души и одновременно от того, что душа его возносилась к небу.

Пример святителя и чудотворца Николая, его житие, дивные слова святителя Иоанна Златоуста о том, что есть гордость и что есть кротость, помогают нам понять, каким должен быть образ христианина вне зависимости от того, в какое время и в каком месте он живет. Потому что в каждое время и в каждом месте христианин сталкивается с тем, что теперь принять называть вызовами, т.е. с некими посылами из окружающей среды, которые обращены лично к человеку и требуют от него ответа. И эти посылы чаще всего бывают очень сложными, требующими концентрации внутренней силы, для того чтобы человек мог ответить на них достойно. А кроткий человек, в том смысле, как говорит о кротости святитель Иоанн Златоуст, способен достойно отвечать на внешние вызовы, сохраняя свой внутренний мир, свою любовь к людям, свое благорасположение и одновременно творя правду и утверждая ее в окружающем мире.

Да поможет нам святитель и чудотворец Николай, дающий пример подлинной кротости, научиться этой величайшей христианской добродетели и, опираясь на нее, строить отношения с окружающими нас людьми, с окружающим нас обществом, неся им свидетельство о Христе, Который явил подлинный пример кротости и одновременно великой силы, не только Божественной, но и человеческой, взойдя на крест и приняв страдания ради нас и ради нашего спасения. Аминь.

Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси

24 мая 2018
ПОДРОБНЕЕ
Scroll Up