6️⃣ октября в храме Святой Троицы при ДГКБ св. Князя Владимира состоялась долгожданная Литература встреча, посвященная творчеству Бориса Пастарнака
Встреча началась с рассказала Елены Орехановой о жизни поэта.
Стихотворение «На Страстной» стало первым, которое стали читать и подробнее разбирать участники встречи. В нем через оригинальное переплетение идиллии и баллады совершается неканоническое с христианской точки зрения Воскресение природы и человека. Стихотворение стало третьим в цикле «Стихотворений Юрия Живаго». Оно датируется 1946 годом – то есть является одним из самых ранних в цикле, который писался до конца 1953 года. В стихотворении задается евангельский сюжет, за который Пастернак, а точнее созданный им поэт Юрий Живаго, еще не взялся. Здесь он буквально прорастает сквозь совершенно идиллическое сознание.
На второй половине встречи, участники читали с большим трепетом подготовленные заранее стихотворения
Очень радостно, что наши встречи посещает с каждым разом всё больше ценителей русской литературы.
❤️Спасибо каждому участнику за тёплую и душевную атмосферу в это осеннее воскресенье!
На Страстной
Ещё кругом ночная мгла.
Ещё так рано в мире,
Что звёздам в небе нет числа,
И каждая, как день, светла,
И если бы земля могла,
Она бы Пасху проспала
Под чтение Псалтыри.
Ещё кругом ночная мгла.
Такая рань на свете,
Что площадь вечностью легла
От перекрёстка до угла,
И до рассвета и тепла
Ещё тысячелетье.
Ещё земля голым-гола,
И ей ночами не в чем
Раскачивать колокола
И вто́рить с воли певчим.
И со Страстного четверга
Вплоть до Страстной субботы
Вода буравит берега
И вьёт водовороты.
И лес раздет и непокрыт,
И на Страстях Христовых,
Как строй молящихся, стоит
Толпой стволов сосновых.
А в городе, на небольшом
Пространстве, как на сходке,
Деревья смотрят нагишом
В церковные решетки.
И взгляд их ужасом объят.
Понятна их тревога.
Сады выходят из оград,
Колеблется земли уклад:
Они хоронят Бога.
И видят свет у царских врат,
И чёрный плат, и свечек ряд,
Заплаканные лица —
И вдруг навстречу кре́стный ход
Выходит с плащаницей,
И две берёзы у ворот
Должны посторониться.
И шествие обходит двор
По краю тротуара,
И вносит с улицы в притвор
Весну, весенний разговор
И воздух с привкусом просфор
И вешнего угара.
И март разбрасывает снег
На паперти толпе калек,
Как будто вышел человек,
И вынес, и открыл ковчег,
И всё до нитки ро́здал.
И пенье длится до зари,
И, нарыдавшись вдосталь,
Доходят тише изнутри
На пустыри под фонари
Псалтырь или Апостол.
Но в полночь смолкнут тварь и плоть,
Заслышав слух весенний,
Что только-только распогодь —
Смерть можно будет побороть
Усильем Воскресенья.
<1946>
